Теон изумлённо смотрел на чудного человека с короткими рыжими волосами, который теперь шёл впереди и насвистывал диковинную песенку. Его непривычно широкая спина закрывала часть обзора на дорогу. Обтягивающие голубые лосины и белая безрукавка смотрелись странно. Если бы так был одет ребёнок, это ещё бы могли счесть уместным, но для взрослого… Такое ощущение, что Ивэнь вышел из дома, забыв надеть кимоно. И верхнее, и нижнее разом. Впрочем, причёска Ивэня тоже оставляла желать лучшего. Такая короткая, будто он только-только сбежал с каторжных работ, где преступников бреют налысо. Когда Сём нашёл Ивэня, Теон, признаться, меньше всего ратовал за авантюру. И если Юми посчитала Ивэня страшным, то сам Теон не отпускал мысли, что этот человек может быть опасным. И вот результат: не раздумывая, чужак заступился за него, да ещё и отдал какую-то вещь жителям, чтобы снизить уровень их агрессии.

«Он не понял», – молоточками стучало в голове Теона. Приёмный сын Киоры Морской Лотос так привык к ненависти со стороны людей или жалости со стороны драконов, что всё никак не мог осознать, что его впервые в жизни восприняли как самого обычного ребёнка. Безо всяких усилий со стороны.

Да ещё и храбрым назвали! Кого? Его!

– Странный он какой-то, – внезапно озвучил всеобщую мысль Рём. – Как думаете, он точно с Большой Земли?

– А откуда ему ещё взяться? – шёпотом ответил Сём, чтобы Ивэнь их не услышал.

– Не знаю… – пробормотал Теон. – Он не понял, кто я.

Братья и сестра одновременно посмотрели на старшего – или младшего, тут смотря как считать – с сочувствием.

– Кстати, а зачем ты вообще влез? – вдруг спросил Сём. – У нас спор с Рёмом был!

– Чтобы тебе руку не обрубили, дурак, – огрызнулся Теон.

– Да я бы в драконий коготь обратил в последний момент, и этот мужик бы в страхе убежал, – попытался бравировать провинившийся брат.

– Ага, то-то я и смотрю, у вас тут всех «классно» драконья форма получается, – ответил Теон.

Все трое насупились. Пожалуй, было чересчур жестоко напоминать братьям и сестре об их неполноценности, но в то же время Теону и самому хотелось чем-нибудь стукнуть близнецов. А Юми… она не особенно переживала из-за отсутствия второй ипостаси. По крайней мере, подросток ни разу не замечал за ней такого.

Некоторое время все четверо молчали. Затем Рём всё же задумчиво подал голос:

– Кстати, а вы знаете, что такое телевизор?

– Понятия не имею, – зло пыхтя, ответил его брат-близнец.

Теон тоже невнятно пожал плечами. Их наказали отсутствием загадочного телевизора и компьютерных игр на семь дней. Ни тем, ни другим Теон и так не пользовался. Логично не выяснять у няня, что это, потому что, если он сообразит, что этого у них и так нет, наказание заменится на что-то более существенное. Что они, дураки, что ли, переспрашивать?

– Я думаю, это что-то со Смешанных Земель. Говорят, там много изобретений, которые не доходят до Огненного Архипелага… Маги всё же живут.

Братья синхронно кивнули. Ну да, скорее всего, так и есть.

– И всё же странный он какой-то. Но нам ведь он нужен только на время, чтобы всякие мерзкие лорды от мамы отстали, – вздохнула Юми, и все с ней молчаливо согласились.

Глава 4. Знакомство

Иван

Нет, я, конечно, предполагал по фразе «у тебя будет своя комната. Если хочешь – две или даже три», что детишки не из самой простой семьи, но всё равно слегка офонарел от открывшейся с холма картинки.

Перед глазами нарисовалась трёхэтажная терракотовая махина со всевозможными балкончиками, витиевато изогнутыми многоуровневыми крышами и фантастическими завитушками, декоративными панелями, резными штуками – ёшкин кот! Я понятия не имею, как это всё называется, – и красно-оранжевыми фонариками, фонариками, фонариками… Да, последних было очень много!

И почему-то этот роскошный исторический павильон для выставок, идеально подходящий для экскурсий или какой-нибудь сувенирной лавки, дети упорно называли за́мком. Но если я думал, что на сегодня сюрпризов достаточно, то судьба явно имела другие планы.

– Кураяма-дзё прекрасен, правда?! – не без восторга воскликнула Юми.

– Какой-какой курятник?! – вырвалось прежде, чем я успел сказать себе «стоп».

Юми смерила меня взглядом, слишком укоризненным для пятилетнего ребёнка.

– Не курятник, а Кураяма-дзё. За́мок Великой Горы.

– А, ну да. Замок… Великой… – протянул я, изучая изогнутые линии крыш. Они выглядели хрупкими. Один хороший ветерок – и вся эта средневековая конструкция превратится в груду лакированных зубочисток.

Спускаясь с холма, мы столкнулись с небольшой заминкой. Я обратил внимание, что к этому моменту у самого младшего члена нашей банды на лбу и висках выступили капельки пота. Юми заметно устала, но шла, высоко вскинув подбородок и не говоря братьям ни слова. «Ох, гордые девчонки!» – подумал я про себя и, не задумываясь, подхватил мелкую на руки. Она испуганно замерла, но почти сразу расслабилась.

– Эй, живо поставь её на место! – хором встрепенулись Рём и Сём.

– Зачем?

Я ловко перекинул малую на шею, чтобы было удобнее идти. И только сейчас задумался: а, собственно, какое расстояние пройти пешком вообще нормально для пятилетки? По-моему, даже то, что она уже преодолела, – подвиг.