За последние две недели он становился все более и более официальным. Поклоны. Титулы. Что-то менялось, но каждый раз, когда я заговаривала об этом с Рэнсомом, он отмахивался. Он отвлекал меня поцелуем или относил в постель.

Возможно, мне следовало настоять на том, чтобы мы поговорили, но, по правде говоря, я тоже жаждала отвлечься.

В течение двух недель я хотела только Рэнсома. На какое-то время перестать притворяться и побыть вместе. Даже если для этого пришлось бы прятаться в этих покоях.

Даже если бы это означало, что Завьер оказался в ловушке в Эллдере, отправив Холстона вести рейнджеров на охоту вместо себя, чтобы Бриэль, приходя каждое утро убирать в моих покоях, думала, что это он спал в моей постели.

Такова была игра. Шоу, частью которого мы все теперь были. Персонажи, которых мы играли.

Может быть, когда-нибудь мы все перестанем притворяться.

— Где Эви сегодня утром? — спросила я. Обычно она приходила с Завьером поиграть с Фэйзом перед уроками.

— С Кэтлин. Они упражняются в письме, так что, как ты можешь себе представить, она недовольна. Но Тиллия обещала отвести ее сегодня на тренировочную площадку, чтобы она могла попрактиковаться в стрельбе из лука.

К десяти годам Эви, вероятно, станет лучшим стрелком в Эллдере. Лук и колчан со стрелами, подаренные ей Завьером, были ее самыми ценными вещами.

— А Луэлла? — спросила я.

Завьер покачал головой, переглянувшись с Рэнсомом.

На следующее утро после нападения Луэлла покинула Эллдер. Не сказав ни слова Рэнсому или Завьеру. Но она оставила записку для Эви, пообещав скоро вернуться.

Я понятия не имела, куда она делась, а если Рэнсом и знал, то не делился. По крайней мере, со мной. Казалось, он был заинтересован в разговоре о своей матери так же, как о человеке, которого я убила, или о том факте, что у него была Лисса.

Рэнсом дернул подбородком, приглашая Завьера следовать за ним на балкон, и, прежде чем я успела возразить, они ушли.

— Черт. — Я плюхнулась на стул и взяла книгу, которую Кэтлин принесла вчера.

Она взялась обучать Эви и позаботилась о том, чтобы, пока я выздоравливала, у меня было много чего почитать.

Я открыла на первой странице, но, когда уставилась на слова, они слились воедино. Сосредоточиться было невозможно, вопросы начали возникать сами собой, требуя внимания. Я провела две недели, игнорируя реальность. Позволяя себе горевать. Откладывая разговоры на потом.

Двух недель было достаточно.

Фэйз отошел от окна гостиной, где дремал. Он издал тихий «рар», потершись о мою икру, затем перепрыгнул на подлокотник кресла, вонзив когти в уже испорченную ткань, и уселся мне на колени.

— Пора перестать прятаться, не так ли?

Он толкнул мою руку головой.

Я восприняла это как согласие.

На балконе голоса Рэнсома и Завьера были тихими, и, что бы Завьер ни хотел сообщить, это заставило Рэнсома стиснуть зубы.

Я сосредоточилась на книге, ожидая, когда они закончат. После ухода Завьера будет легче получить ответы от Рэнсома.

Книга представляла собой своего рода энциклопедию. Ее страницы были заполнены описаниями и рисунками различных листьев и корней. Но в отличие от большинства книг, которые приносила мне Кэтлин, эта больше походила на дневник, чем на печатную книгу. Страницы были написаны от руки, рисунки — набросаны и раскрашены вручную.

Я перевернула страницу и не обнаружила ни автора, ни художника в списке, а последние двадцать или около того страниц были пустыми. Они еще не были заполнены.

Это был журнал записей. Дневник, похожий на мой собственный, но вместо рисунков монстров в нем были растения.

Я пролистала страницы, просматривая рисунки и заметки. Но остановилась в центре книги.

Пещерный имбирь

Я поднесла ее поближе и прищурилась, чтобы прочитать надпись.

Родом из Озарта. Собирают на болотах. Кожура имеет прогорклый запах, но после очистки мякоть можно измельчить и посыпать кристалликами сахара (обычно продается в виде конфет). Кожуру, как правило, выбрасывают. После варки и ферментации мякоть может использоваться в качестве пигмента. Считается, что при употреблении внутрь она полезна для заживления ран. Аллигаски сбрасывают шкуру на болотах. Возможно, она впитывается в кожуру?

Результаты тестирования: Ограниченный Обширный

На рисунке была изображена внешняя оболочка растения, больше похожего на ягоду, а зелень была настолько темной, что казалась черной.

У меня скрутило живот. Я знала этот цвет.

На рисунке на противоположной странице было изображено болото. Язвительная записка внизу выглядела так, как будто ее могла написать я.

Ни одной пещеры поблизости. Кто придумал название этому растению?

Кто написал эту книгу? Я закрыла ее, еще раз изучив обложку и оборотную сторону. Там не было имени. Возможно, оно мне и не нужно было.

Вместо этого я снова оказалась в подземелье, где была несколько недель назад. Подслушивала другой разговор.