Завьер кивнул и вышел на дорожку, а Рэнсом перемахнул через перила.

Я вышла на улицу босиком и встала рядом с Завьером.

— Ненавижу, когда вы все отправляетесь на эти охоты. Они работают?

Он усмехнулся.

— Нет.

Это не то, что я хотела услышать, прежде чем они отправятся на одну.

— Неважно, сколько монстров с Лиссой мы убьем, их всегда будет больше. Я хочу верить, что это работает. Но… — Он снова уходил на очередную охоту, оставляя свою дочь дома. Завьер опустил подбородок и двинулся прочь, но, прежде чем дойти до лестницы, остановился. — Он хороший человек. Ему не нравилось лгать тебе так долго. Но ты должна знать, что это было сделано не для того, чтобы причинить тебе боль.

Я грустно улыбнулась ему.

— Я знаю.

Он сбежал вниз по лестнице и присоединился к Рэнсому, который выходил из дома, застегивая застежки на жилете и пристегивая меч за спину. Он поднял глаза, увидел меня, прижал руку к сердцу, а затем они исчезли.

Отправились на очередную охоту.

Она должна была работать. По крайней мере, замедлять распространение инфекции. Я не могла представить другого варианта. Что все, что они сделали, было напрасно. Что Лисса продолжит бесконтрольное распространение, пока не покроет континент. Это только усугубит миграцию. А если заразится крукс…

Боги. С какими ужасами мы столкнемся?

Нет, охота должна была сработать. Рэнсом, несмотря на все его разговоры о том, что не стоит надеяться, не стал бы преувеличивать.

Туранские воины будут убивать, пока инфекция не исчезнет. И мы найдем источник, человека, ответственного за это бедствие в Каландре, и лишим его жизни.

Меня охватило беспокойство, и, хотя прошлой ночью я долго не спала из-за восхитительных мучений Рэнсома, я не могла оставаться внутри. Поэтому я поспешила натянуть сапоги и упаковать сумку, положив в нее свой новый кинжал.

Затем я вышла на улицу в поисках завтрака.

Бриэль обычно приносила его наверх, прежде чем приступить к своим обязанностям по дому, но этим утром мне нужно было двигаться.

— Доброе утро, — поприветствовала я пекаря и его жену, когда вошла в их лавку, и запах муки и соли наполнил мой нос. Съев свежую булочку, я отправилась на прогулку, вдыхая чистый воздух.

Несмотря на все происходящее, на тревоги, страхи и неуверенность, в моих шагах чувствовалась легкость. На моих губах играла застенчивая улыбка. Сегодня я чувствовала слабость в мышцах, мои движения были плавными, как будто я плыла под водой.

Рэнсом как любовник был моей мечтой. Никогда в жизни я не испытывала того, что он заставил меня почувствовать прошлой ночью. Я и не знала, что секс может быть настолько сосредоточен на моем удовольствии, а не на удовольствии мужчины. Но, боги, Рэнсом был щедр. Оргазм за оргазмом, всю ночь напролет, пока, наконец, я не рухнула ему на грудь и не заснула как убитая.

Я хотела тысячу ночей спать под биение его сердца у себя в ушах.

Может, он и не хотел, чтобы я надеялась, но я все равно собиралась это сделать. Если мы сможем найти лекарство, то этот спектакль закончится. Рэнсом сможет взять на себя роль принца.

Как я должна притвориться женой Завьера? Как я должна смотреть на Рэнсома на людях, но не прикасаться к нему?

Все зависело от лечения. Тогда больше не нужно будет прятаться. Больше не нужно будет притворяться. Больше не будет разговоров о его смерти.

Я отказывалась терять его из-за Лиссы.

Если Востеры не смогут найти лекарство, нам придется найти других. Целителей. Химиков. Ученых. Ему не понравится мысль о том, чтобы просить помощи у других королевств, но ради спасения его жизни я готова на все.

Сбоку от меня распахнулась дверь, сорвавшись с петель и отвлекая меня от моих мыслей. Я обернулась на шум.

На улицу, спотыкаясь, вышел мужчина, одетый в больничный халат, его рука от запястья до плеча была обмотана марлей. Казалось, он вот-вот упадет, его шаги были неуверенными, когда он, пошатываясь, направился ко мне.

Он был одним из тех, кого вчера выгружали из повозки. Один из тех, кого, по словам Тиллии, они нашли возле Трео.

— Сэр, с вами все в порядке? — Я протянула руку, чтобы подхватить его, прежде чем он упадет, и крепко сжала его здоровую руку. В тот момент, когда я коснулась его кожи, я ахнула и отстранилась. Она была такой горячей, что чуть не обожгла. — Тени. Вам нужно внутрь. Вам нужен целитель. Позвольте мне помочь…

Его рука метнулась к моему горлу, и, прежде чем я успела осознать, что происходит, он сжал его.

Мои глаза вылезли из орбит, мой завтрак норовил вывалился на землю. Я открыла рот, хватая ртом воздух, пока тянула, извивалась и боролась, чтобы освободиться.

Его удушающая хватка только усилилась.

— Прекрати, — прохрипела я, ударяя кулаками по его предплечью, пытаясь вырваться из его хватки.