– Ничего мы не неженки, – возразил я.

– А не забоитесь сходить в мертвую деревню? – спросил Ларик.

– Чего в ней делать-то? – пожал плечами Коля. – На развалины смотреть?

Ларик засмеялся.

– Вы хоть знаете, почему деревня стала мертвая? Думаете, просто так оттуда люди ушли? А вот и нет! Ведьма всех извела! – торжествующе провозгласил он. – В той деревне жила самая страшная черная ведьма на свете.

Мы с Колей решили, он нас разыгрывает. Кто верит в ведьм? Их же не бывает! Но Ларик говорил серьезно.

– Она могла любую порчу навести, сглазить, присушить парня к девушке и наоборот, развести любую пару. Засуху вызвать или дождь. А ночами превращалась в свинью с человеческим лицом и нападала на прохожих. Кто увидит ее, заболеет и помрет.

Ларик торжествующе посмотрел на нас с Колей, но мне не было страшно. Скорее, смешно. Свинья с человеческим лицом, надо же! Умора.

– Зря ржете, – сердито сказал Ларик. – Со всей округи к ведьме обращались люди, за помощью шли. Думали, ничего такого страшного, магия может помочь вылечиться, решить разные проблемы, так почему нет? Но никто не задумывался, что ведьма творила ужасные вещи, а все эти привороты и порчи – то была мелочь. Ведьма отдавала человеческие души дьяволу, вот что! Это не сразу выяснилось.

– И как же она это делала? – спросил я.

– А очень просто. Крутила с мужчинами и парнями, приманивала их – это ей ничего не стоило. Каждый думал, что он один такой, кто ходит у нее в любовниках, скрывал от остальных. А как заканчивались отношения, так и забывал, что они вообще были. А потом эти мужчины женились, у них рождались дети. – Ларик выдержал паузу. – Дети, которых рожали их жены, были кошмарными! Уродливые – кто без глаз, кто без кожи, кто без рук, холодные, посиневшие, как мертвецы, они выли, как звери, а вскоре умирали. Несчастные матери вскоре тоже умирали или сходили с ума, а мужчины начинали болеть и долго не жили.

– Может, в тех краях радиация. Или вода плохая. Или кислотный дождь прошел! – сказал Коля, скептически скривив губы.

– Никакая не радиация, а проделки ведьмы, – возмутился Ларик. – И когда это стало ясно, когда мужчины эти вспомнили, что у них была связь с ведьмой, они решили ее уничтожить. Ворвались к ней в дом, вытащили во двор и казнили. Закопали в землю живьем. Так и сгинула ведьма. Но только это не спасло деревню. Люди не могли больше жить в проклятом месте. Они все ушли, покинули свои дома. Вот и получается, что ведьма извела жителей: одни умерли, другие сбежали. Обезлюдела деревня. Но говорят, неупокоенный дух мертвой ведьмы так и обитает в пустой деревне.

Мы с Колей примолкли, не зная, что сказать, история и правда была жуткая. А Ларик предложил сходить в мертвую деревню. Если, конечно, нам не слабо.

– Взглянем – и назад!

– Ты что же, до сих пор там не побывал? – спросил я.

– Бывал, и даже много раз, – заявил Ларик. – Все трусят, а я ездил на велике.

Будь мы с Колей старше и умнее, нам бы, конечно, не пришло в голову поехать в то место, поддаться на слабо. И Митя отговорил бы, не лежи он в тот день с высокой температурой: Митя был из нас троих самый рассудительный.

Однако сложилось так, как сложилось. Ларик сумел убедить нас с Колей поехать и взглянуть на мертвую деревню своими глазами.

– Мы быстро! Там круто! – азартно говорил он, а когда увидел наши колебания, презрительно плюнул, дескать, так и знал, что вы трусишки.

В общем, мы сели на велосипеды и покатили в лес. Ехали по тропе, а потом, когда добрались до опушки, велосипеды пришлось бросить: по полю требовалось идти пешком, проехать не получилось бы.

Дело шло к вечеру, было около четырех часов, и я сомневался, сможем ли мы вернуться домой к ужину, но поворачивать назад было поздно. Короче говоря, добрались мы до деревни: пересекли поле и увидели ее.

Первое, что я почувствовал, было удивление. Ларик обманул нас: деревня-то вовсе никакая не мертвая. Самая обычная, не на что смотреть. Дома стоят такие же, как в Валерьяновке, и заборы один в один, и улицы, и лавочки у ворот.

– Ты чего насвистел? – возмущенно спросил Коля. – Деревня как деревня, ради чего мы сюда тащились?

Ларик, похоже, и сам был потрясен. Тут-то и выяснилось, что он наврал, не был здесь никогда. Так растерялся, что от неожиданности сказал правду.

– Меня мамка убила бы, если бы узнала, что я сюда сунулся. Клянусь, все про деревню так и есть: ведьма тут жила, а потом все жители отсюда ушли! И про страшных младенцев правда, и про остальное.

Но веры Ларику у нас уже не было. Мы собрались пойти обратно – чем тут заняться? На что любоваться? И солнце уже к закату клонилось, и устали мы, и дома нас ждали, а еще ведь обратная дорога часа два.

Ушли бы, наверное, но снова вмешался Ларик.

– Говорю же вам, это не простая деревня, – тихо сказал он. – Неужели сами не видите?