- Ни сколько, деточка. Но помни: не снимай оберег ни при каких обстоятельствах. Купайся, спи – всё в нём. И перестань тосковать по бывшему мужу. Плохой человек он. Недостоин твоих слёз. Только сердце зря надрываешь. А плохие мысли, они знаешь, сколько бед принести могут? Отпусти обиду, очисти душу и живи дальше.

Я невесело хмыкнула, ничего не ответив. Легко говорить: «Прости, очисти душу». А когда по ночам белугой хочется выть? Как через это переступить? Как отпустить и забыть? Возможно, со временем станет легче, но не сейчас. Не готова я всё простить Виктору. Ещё раз, поблагодарив бабу Гриппу, вышла на улицу и увидела, как Лариса, подхватив свои странные пожитки, направилась прямиком в лес. На краю женщина остановилась, воровато оглянулась по сторонам и юркнула в самую тёмную чащу. Я наблюдала за ней из-за высокого куста смородины, и поведение женщины мне показалось очень подозрительным.

По дороге домой зашла к соседке и купила литр молока для оладий. Зашла во двор и поставила его на солнышке, чтобы оно скисло побыстрее. Козье молоко крайне неохотно прокисало. Зато с такой простокваши получались просто чудесные оладьи: очень пышные, воздушные и вкусные. Я раньше никогда таких не ела. А сейчас пекла их прямо во дворе на импровизированной печке, которую сложила из старых кирпичей. Вообще, еда с дымком имела особый вкус. Мне она безумно нравилась.

Вечером вышла забрать банку с простоквашей и услышала из соседних зарослей крапивы жалобное «мяу». Опустилась на корточки, вглядываясь в темноту.

- Кыс-кыс-кыс. Кысонька, иди сюда.

На мой зов из зарослей выбралась трёхцветная небольшая кошечка, вся в репьях и колтунах. Взяла животину на руки.

- Ты чья? Или бездомная?

Погладила кису по голове и получила в ответ благодарное «мур».

- Наверное, голодная, да? Пойдём, я тебя простоквашей угощу и шёрстку в порядок приведу.

Кошка одним глазом покосилась на оберег, болтающийся перед её мордой, но спорить против простокваши не стала. Вылакала с удовольствием целую миску и развалилась возле входной двери, довольно мурча. А вот с репьями и колтунами мы сражались до глубокой ночи. Было ощущение, что хвостатая воспринимает их, как лучших друзей и категорически не хочет с ними расставаться.

В итоге все руки у меня были ободраны, но репейную битву я всё же выиграла. Назвала кошку Брунгильда. Уж больно она была похожа на маленького дракончика. Сокращённо – Бруня. Кошке очень шло это имя, хотя мне показалось, что мурка скептически отнеслась к столь вычурному имени. Почему, спросите вы?

Да она так на меня зыркнула, когда я её Брунгильдой нарекла, как будто усомнилась в моей вменяемости.

Я жила в Сосновке уже месяц. Можно сказать, немного обжилась. Перезнакомилась с местным населением, наладила какой-никакой быт. Вон, даже кошка ко мне прибилась. Всё живая душа рядом. Только с соседом богатеем никак не могла знакомство завести. Его то не было дома, то он приезжал и прятался за высоким, непроглядным забором, не желая ни с кем разговаривать. Странный…

Глава 3

Утром затеяла стирку, развесив во дворе постельное, одежду и лифчики с трусами. А кого стесняться? Хозяева дома напротив живут, слева от меня старушка со своим дедулей да коза Глашка, которая, к слову, меня сразу невзлюбила. Ума не приложу за что. Пару раз я уже огребла от этой рогатой подсрачников. Соседка говорила, что Глашка просто «выдра вредная». Наверное, так и есть.

Развесив бельё, принялась разводить огонь, чтобы приготовить обед. Надо было позаботиться о пропитании хотя бы на три-четыре дня. Потом будет не до этого. Когда приступила к оладушкам, услышала на улице странный шум. Вроде как рычание мощного двигателя. Вышла к калитке посмотреть. К заброшенному дому подкатил большой чёрный мотоцикл, издавая просто до неприличия громкие звуки для этой местности. Байкер заглушил мотор, снял шлем и окинул заброшку хмурым взглядом. А потом резко спрыгнул с мотоцикла, открыл наполовину развалившуюся калитку и решительно зашёл во двор.

«Интересно, этот дом продали, и это новый владелец? Зачем такому расфуфыренному мужику понадобилась недвижимость в этом захолустье?» Пожала плечами и вернулась к жарке оладий, попутно наблюдая за новым соседом. Мужчина был одет в кожаную рыжую мотоциклетную куртку, песочного цвета брюки и коричневые ботинки на толстой рифлёной подошве. Брутальный такой весь из себя. Явно недеревенский житель.

Погрузилась в свои мысли и в приготовление оладий. Под ногами крутилась Бруня, выпрашивая вкусный кусочек.

- Держи, моя хорошая. Худая такая, бедняжечка. Откуда же ты взялась? Кошка посмотрела на меня большими жёлтыми глазами, но отвечать на вопрос не стала, уплетая оладушек.

- Я бы тоже от такого угощения не отказался, - услышала рядом мужской голос и подпрыгнула от неожиданности, чуть не рассыпав все оладьи по земле.

- Извините. Не хотел напугать.

- Но напугали.