— После шестнадцати, — ответил Хибари, возвращая фотографию в бумажник. — Идём. Ты ведь хотела вернуться в убежище, верно? Со мной как раз связался Тетсуя. Гокудера Хаято и Ямамото Такеши пришли в себя.

— Они…

— С ними всё в порядке, — опередил меня парень.

— Подожди, ты говорил, тебе эту информацию передал Тетсуя? Кусакабе Тетсуя? Э? Он ещё работает с тобой? — вот это поворот.

— Да, — просто ответил Кёя, не вдаваясь в подробности. — Поторопимся. Тебе тоже следует показаться перед Савадой.

— Угу, — кивнула я, следуя за парнем. Десять лет минуло, а он всё ещё рядом с Кёей. Ого! Что-то и со времён школы не изменилось.

Как оказалось, дом Хибари был соединён с убежищем Вонголы. Поэтому выходить наружу не было необходимости. У меня ещё было столько вопросов, которые я хотела задать Кёе. Но понимала, что это пока подождёт. Для начала… Для начала необходимо встретиться с ребятами. Такеши и Хаято… Они пришли в себя, и с ними всё хорошо. Это главное. От меня до сих пор исходил аромат мяты, вишни и корицы. Я знаю, что это за мазь. Её придумала моя мама. Она прекрасно смягчает кожу и устраняет ожоги.

Если эта мазь была у Хибари, значит, в будущем он неплохо осведомлён о рецептах моей мамы. Хм… Хотя она всегда хотела передать мне свои знания в области медицины. А Хибари просто решил не упускать такую возможность. Хотя трудно представить, как бы мы сидели все вместе за одним общим обеденным столом. И ведь я даже не знакома с родителями самого Кёи. М-да… это несколько… волнительно…

Хотя, почему я об этом думаю? Этого ещё не произошло и не произойдёт. Хватит! Вытряхни чушь из головы. Сейчас главная цель — это вернуться в прошлое. И перевернуть свою жизнь верх ногами. Ну, настолько, насколько это возможно. Это будущее мне не нравится.

Мы прошли в убежище Вонголы и направились сразу же в сторону лазарета, где по идее должны были лежать раненные. Заглянула в первое отделение. Там лежал Ямамото, но он спал. К парню были подключена аппаратура, отслеживающая показания здоровья и капельница. Что ж… пусть отдыхает. Во втором отделении же находился Хаято, а около него Тсунаёши и Реборн. Гокудера тоже был местами перемотан бинтами, но находился в сознании.

Вместо меня постучался Кёя.

— Простите, — обратил на себя внимание. — Могу сказать слово?

— Хибари-сан?! — воскликнул Тсуна, посмотрев на Кёю, и только потом опустил взгляд ниже и заметил меня. — Дар?!!

— Йо! — подняла приветственно руку и улыбнулась. — Скучал?

— Рад встрече, Хибари, — поздоровался Реборн.

— То же самое, малыш, — отозвался Кёя, пропуская меня внутрь помещения.

Обошла стороной Тсуну и Реборна, и сразу же подошла к Хаято, который смотрел на меня с некой грустью и… виной. Успел ли он что-то сказать Тсуне? Думаю, именно это он сделал в первую очередь. Но что касается того, что мы услышали от Гаммы? Не знаю… В любом случае, я должна кое-что сделать. Просто обязана. Так как уверена, ни Савада, ни Реборн этого не сделали. Просто не смогут.

— Как самочувствие? — спокойно спросила парня.

— Э? — Хаято несколько удивился такому вопросу, но ответил: — Нормально.

— Точно всё нормально? — переспросила я.

— Да, — кивнул. — Немного полежу, и снова в бой!

— Ясно, — вздохнула. — Ну… это хорошо. А раз так, то… — развернувшись, со всей силы ударила парня в область бока, заставив Хаято перевалиться через край кровати и свалиться на пол, утащив с собой одеяло и подушку.

— ДАР?!! — ахнул Тсуна, не веря своим глазам. — Что… что… что ты делаешь??? — Савада в шоке. Реборн был несколько озадачен, а Гокудера разозлён. Только Хибари стоял в стороне и смотрел на всё это так, словно ожидал увидеть нечто подобное.

Обошла стороной койку и, наклонившись к Хаято, схватила его за грудки. Он толком не мог сопротивляться. Сил не было. Лишь оскалился, давая понять, что без боя не сдастся, но в глазах читалось непонимание.

— В чём проблема, Хаято? — спросила я, смотря прямо ему в глаза. — Не ты ли этого у меня просил? Не ты ли обвинял меня в том, что я лишена эмоций? Чего же сейчас скалишься? Хочешь узнать, что я чувствую? Так, вот, прошу — я в ярости!

— Дар, прошу тебя! Его раны…

— Постой, Тсуна, — остановил его Реборн. — Лучше послушай, что говорит твой Советник.