— Что ж, — улыбка слетела с моего лица. — И что же надо от меня ученикам Старшей школы Кокуе? — это была подсказка для Кёи. Он всё ещё был на связи, хотя и молчал, прислушиваясь к нашему разговору. Теперь у него есть зацепка. Он сможет отыскать противника. Я дала предостаточно информации.

— Хе-хе-хе! — смеялся блондин. — С тобой кое-кто хочет встретиться, так что ты идёшь с нами.

Встретиться? Значит, они не будут меня убивать? У меня есть шанс, но как бы разыграть карту так, чтобы разрешить все проблемы разом? Однако эти парни исполняют чьи-то приказы. Всего лишь пешки в чей-то игре. Но кто игрок? Ясно, мне в любом случае отсюда не выбраться, но можно сохранить как можно больше целых органов. Хибари всё ещё на связи. Время истекает. Скоро они поймут, кто у меня на телефонной линии, и тогда момент будет упущен.

— Не действуйте с горяча, — произнесла я, и парни переглянулись, не понимая о чём это я, но слова были адресованы не им. — Свяжитесь с Реборном и расскажите всё, что я вам пересказала.

— Стоп! Чикуса, она с кем-то говорит! — понял блондин, указав пальцем на мою руку, в которой я сжимала телефон, пряча под длиными белоснежными прядями.

— Травоядное! — прикрикнул Кёя, предчувствуя беду.

— Это ученики из Старшей школы Кокуе. Но они точно не местные. Чувствуется акцент. Поднимите документы и проследите тех, кто недавно поступал в эту школу группой состоящей, по меньшей мере, из троих человек.

— Да что б её! — рыкнул блондин, впихивая в рот что-то напоминающую вставную челюсть, вот только точно не человеческую. Клыки были чересчур большими.

— Кен! Нет! Остановись! — крикнул Чикуса, выставив руку в сторону своего напарника, но было уже поздно. Блондин неожиданно преобразился. Волосы стали длиннее, на руках появилась шерсть, а ногти почернели и став неким подобием звериных когтей.

— Ч… что?.. — ахнула я, не веря своим глазам. Что оно такое? Он неожиданно стал оборотнем?! Но… как?

— Травоядное! — вновь услышала злобный Хибари. — Слышишь меня?

То существо, которое звало себя Кеном, сорвалось с места и понеслось на меня. Однако, приблизившись практически в плотную и замахнувшись когтистой рукой, парень неожиданно замер, с непониманием смотря на меня. В его наполненных звериной яростью глазах, теперь читался всего один вопрос:

— Что за?.. — с рычанием спросил блондин.

— Кен, отойди от неё! Сейчас же! — приказал Чикуса, после чего использовал йо-йо для того, чтобы обмотать своего напарника и оттолкнуть его в сторону. Сам же тёмноволосый побежал в мою сторону, доставая из кармана пиджака большой медицинский шприц, доверху наполненный светло-зелёной жидкостью. Он был быстр. Слишком быстр. При всём желании я не смогу убежать.

— Что бы ни случилось, Хибари-сан, — начала я, понимая, что это может быть мой конец. — Спасибо за всё.

— Травоядное! Травоя… Серра! Серра!!!

Не уверенна, правда ли Хибари Кёя произнёс мою фамилию. Возможно, это было уже чисто на подсознательном уровне, так как именно в этот момент игла шприца впивается мне в шею, впуская жгучую смесь. Кровь закипает, лишая возможности дышать. Ноги подкашиваются, а перед глазами всё плывёт. Помню, как камнем рухнула на асфальт, сотрясаясь от бушующего пламени в моём теле. Больно. Очень больно. Краем уха слышу часть спора между учениками школы Кокуе.

— Ты вколол ей всю ампулу яда? — кажется, это был Кен. — Чёрт, Чикуса, нам приказано её привести живой, а не убивать!

— Ты хотя бы иногда слушаешь, что говорят тебе другие? — спокойно произнёс Чикуса. — Этот яд её не убьёт. Только отключит ненадолго. Лучше приди в себя и свяжи ей руки.

После этого я погрузилась в сон, если его можно было так назвать. Сон, наполненный болью. Однако это был точно не конец.

Глава 25. Жертва

Как же всё болит…

Чёрт, голова… желудок буквально выворачивает. Но с другой стороны это хорошо. Раз болит, значит, жива, верно? Где же я? Во рту словно пустыня. Язык еле шевелится. Всё тело затекло и скрючено в неудобной позе. Попыталась открыть глаза. Темно… Ничего конкретного не вижу. Глаза не могут сфокусироваться. Одни размытые пятна. Ясно, это последствия отравления. Видно необходимо время, чтобы придти в норму. Однако голова соображает, значит, не всё потеряно. Чёрт, да я оптимист! Хех, даже смешно.

— Эй, кажется, эта приходит в себя, — послышался женский писклявый голос. — Сделайте что-нибудь! Вырубите её или вколите ещё яда, она меня раздражает.

— Ку-фу-фу-фу, ну зачем же так? — а это уже мужской голос. Более мягкий и певучий. Он мне не знаком. Сколько здесь людей? — Наоборот, надо, чтобы она побыстрей пришла в себя.

— Хм! — фыркнула девушка, явно недовольная таким замечанием. — Плевать! Мне за это не заплатят.