То, что собираются вживить ему в голову, требовало тщательного изучения.

«Сюда-сюда! Смотрите на новейшую нервную сеть „Титан“ версии 1.15! Она не только синхронизируется с любыми вашими кибер-конечностями и показывает боезапас, но и имеет встроенный ICE-файрвол, защищающий от взлома прошивки! Настраиваемые порты: втыкайте чипы усиления сколько влезет, как вам удобно! Совместима со всем: редактор боли, модулятор вкуса...»

Просматривая рекламу, Сунь Цзекэ начал понимать, что такое нервная сеть.

По сути, это смартфон, вживленный в мозг, позволяющий управлять телом, как гаджетом. Чем круче система, тем больше возможностей: можно отключить боль или усилить мышечную мощь.

Надо признать, штука выглядела заманчиво. Реклама рисовала такие картинки, что хотелось купить. Но Сунь Цзекэ не забывал, что это всего лишь реклама.

В любом мире рекламщики не рассказывают о недостатках.

Судя по недавним событиям, EMP-дрон лысого как раз и был создан для подавления таких систем.

У всех, кто имел вживленные чипы, мозги поплыли от перегрузки. А его натуральный мозг выдержал и позволил контратаковать.

— Раз нервная система — это программная оболочка, значит, есть вирусы и бэкдоры, — раздался голос Тапая, который начал заряжаться. — Мне плевать, мои системы написаны на языке тысячелетней давности. Даже если им показать мои уязвимости, они не поймут ни хрена. Но ты — дело другое. Кто знает, не оставили ли они в твоей системе черный ход, чтобы использовать тебя как зомби.

Услышав это, Сунь Цзекэ встрепенулся и начал лихорадочно вбивать в поиск «вирусы нервных систем».

Перед ним предстали всякие дичайшие кейсы. Вплоть до того, что человек утонул в раковине из-за сбоя в имплантах.

Нервная сеть — это безумно удобно, но чертовски опасно. Особенно когда она вживляется в голову.

Этой ночью Сунь Цзекэ почти не спал. Он мучился вопросом: ставить или не ставить? Если поставит — рискует. Если нет — останется беспомощным, как человек без телефона в современном мире.

На следующее утро Сунь Цзекэ был разбужен стуком в дверь.

— Бро, открывай, это я!

Он открыл дверь и увидел Сун 6PUS, осклабившегося своими золотыми зубами.

— Ты что, не спишь? Так рано?

— Спать? Бро, ты такой деревенский! Зачем спать? Сходи лучше к хирургу, пусть удалят эту функцию.

После вчерашнего безумия то, что люди здесь не спят, уже не казалось удивительным.

— Красавчик, — Сунь Цзекэ поднял большой палец. Он быстро умылся, надел куртку, разбудил Тапая, и они вышли.

Спускаясь на лифте, Сунь Цзекэ все еще думал о нервной системе, как вдруг почувствовал, что Тапай похлопал его по плечу.

— Цзекэ, смотри, (◔—◔), завод «Сяо-B», лампочка.

Сунь Цзекэ поднял голову и увидел идущую навстречу женщину.

Это была та самая кошкодевочка из клуба. Только сейчас в ней не было и намека на вчерашнюю сексапильность. Она тащила на себе туфли и курила, придерживая сигарету левой рукой. Глаза запухшие, вид изможденный — явно не спала всю ночь.

Сунь Цзекэ недовольно глянул на Тапая.

— Есть хоть капля воспитания? Не давай людям дурацкие клички.

— Линда! Какая встреча! Ты тоже здесь живешь? — Сун 6PUS запросто поздоровался.

Кошкодевочка узнала их. Без тени эмоций она приподняла подбородок и направилась к лифту. Они разминулись.

Глядя ей вслед, Сунь Цзекэ почувствовал укол жалости. Ей тоже нелегко. В молодом возрасте торговать телом — наверняка на душе кошки скребут. О чем она сейчас думает?

Но стоило ей зайти в лифт, как послышался ее голос, полный брезгливости:

— Тьфу, какая паскуда. Сразу три уебка попались на пути.

«…»

Глава 16. Идол

Выйдя из здания, Сунь Цзекэ и компания снова сели в угнанную Сун 6PUS машину и покатили на юго-восток.

Без карты Сунь Цзекэ мог лишь полагаться на описания Тапая. Похоже, они всё ещё крутились на периферии Мегасити.

Часа два спустя они прибыли на место.

Сун 6PUS щелчком отправил электронную сигарету в дождь.

— Приехали. Улица Идолов. Не смотрите, что это всего лишь улочка с ларьками, но если знать нужных людей, здесь можно купить всё, что угодно.

Глядя в окно, Сунь Цзекэ заметил главную достопримечательность — огромную полуразрушенную статую сидящего Будды. Кислотный дождь изъел металл, арматура торчала наружу, придавая всему вид крайнего запустения.

Статуя сидела под проливным дождём, позволяя кислоте разъедать себя. Позади неё стоял Иисус, прислонившись спиной к спине Будды. Лишь опираясь друг на друга, эти гигантские идолы ещё не рухнули.

Вокруг статуй теснились всевозможные лавки. Неоновые вывески вспыхивали и гасли, соревнуясь в кричащих цветах и дешёвом пафосе.