– Да, Сэм, мы. Не думаешь же ты, что я позволю хоть одному красноглазому затаиться в лесах, ваших или Калленовских – без разницы? В день Икс я сосредоточусь на Форксе, вы – на своем поселке. А позже, когда основная масса красноглазых либо уберется отсюда, либо будет уничтожена, я прочешу частым гребнем все окрестности, и вычешу всех затаившихся вампиров. Ни один не приблизится к людям, которые находятся под моей защитой. 

       Произнося свою эмоциональную речь, я соскочила с коряги и, жестикулируя, расхаживала перед сидящими оборотнями. Перед моими глазами встал недавний сон. Я не знала, что это было – навеяло ли легендами Карлайла о гаргульях, или это было некое воспоминание из моей прежней жизни? Это было мне не известно. Но одно я знала точно – как и те гаргульи из сна, я приду на помощь людям (а к людям я причисляла и Калленов, и оборотней), которым угрожают вампиры. И как бы ни хотел Карлайл избежать кровопролития, те, кто покусятся на людей, находящихся под моей защитой – поплатятся жизнью. 

       В глазах Сэма я прочла нечто, похожее на уважение. 

       – Ты права. Главное – уберечь людей. Мы сделаем так, как ты говоришь – стянем все силы к посёлку. 

       – Надеюсь, что вам не придется вообще встречаться с вампирами. Я сделаю все, чтобы это предотвратить. Но готовы вы быть должны. 

       – Когда это произойдёт? – спросил Джаред. 

       – Примерно через пять дней. Более точно я узнаю позже, тогда и сообщу вам. В этот день людям лучше не покидать посёлок, в лесу может быть опасно. 

       – Я поговорю со старейшинами. Они что-нибудь придумают. 

       – Ну, если мы все обговорили, то я пойду. Меня ждут и беспокоятся. Джейк, у тебя есть телефон? 

       – Только домашний. Но ты можешь звонить по нему. Если трубку возьмет мой отец – передай всё, что нужно, через него, он в курсе.

       Джейк продиктовал мне свой номер, и я моментально его запомнила. На всякий случай свои телефоны мне дали и Сэм с Джаредом – вдруг никого из Блэков, ни Джейка, ни его отца Билли, не окажется дома. Но с ними разговаривать нужно было обязательно лично – их родные не были в курсе происходящего. Тяжело, наверное, жить, скрывая свою сущность от самых близких. В этом плане и мне, и Джейку повезло. Потом я дала им номер Калленов – думаю, что если речь пойдёт о безопасности людей, оборотни пересилят своё отвращение и, при необходимости, позвонят даже вампирам. На прощание Сэм пожал мне руку, еще раз поблагодарив за предупреждение. Кажется, его отношение ко мне изменилось.  Исчезла настороженность. Конечно, пока ещё мы не стали друзьями, мне, собственно этого и не нужно было, но союзником я для него уже определенно была.

       После ухода Сэма и Джареда, Джейк вызвался меня проводить. Подобрав сброшенные кроссовки, я пошла вслед за ним в лес.  Но там, где меня никто уже не мог увидеть, я остановилась и стала снимать ветровку, а следом и рубашку. 

       – Джейк, извини, но я с тобой не пойду. Рвану короткой дорогой. 

       – Полетишь, да? Круто! 

       – Так быстрее. – Я повязала рукава ветровки вокруг талии, сунув в огромный карман сложенную рубашку. 

       – Ну, тогда пока. Надеюсь, ещё увидимся. 

       – Конечно, увидимся. Мы же соседи. 

       И я обратилась прямо у него на глазах. Теперь я этого уже не стеснялась. 

       – Ух, ты! – только и смог восхищенно произнести Джейк. – А ты говорила «чудовище». Да ты прямо  красавицей стала. Ну, то есть, я не хотел сказать, что ты до этого была некрасивая, нет.  Ты и раньше тоже красивая была, но сейчас!.. – он неопределенно помахал руками в воздухе, видимо, пытаясь изобразить, насколько я преобразилась. 

       – Спасибо, – улыбнулась я. – Ну, я полетела. 

       Джейк вдруг посерьезнел. 

       – Удачи тебе, Энжи. Всем вам. 

       – Спасибо, – повторила я, на этот раз уже без улыбки. А потом поднялась в воздух, и полетела, ловко маневрируя между деревьев и слыша восхищенный свист Джейка. Я спешила назад, ведь меня ждал Эдвард. 

       Подлетев прямо к месту, где остановилась машина, я обратилась и вышла из леса уже «человеком». Как я и предполагала, Эдвард всё это время так и простоял у машины, дожидаясь моего возвращения. Как только я показалась на дороге, он подлетел ко мне, подхватил на руки и впился в мои губы жарким поцелуем. Конечно, губы его, как и всегда, были немного прохладнее моих, но их прикосновение уже привычно разожгло во мне настоящий огонь. Я обхватила шею Эдварда руками, стараясь прижаться покрепче, при этом, наверное, перепачкала его рубашку своими пыльными кроссовками, которые так и держала в руке.