— Может, и сказки. — Горчаков не стал спорить. — Так и они ж не с пустого места берутся. Народ местный на выдумку силен, но совсем уж врать не станет. Если говорит, что видел — значит, что-то и правда было такое. Только поменьше.

— И с одной головой, полагаю, — усмехнулся я. — А вы, Ольгерд Святославович? Сами встречали что-нибудь… необычное?

— Да было пару раз. — Горчаков переступил через поваленное дерево. — Лет пять назад решил через Тайгу к Неве прогуляться. Иду, и чувствую, будто тень какая-то лес накрыла — и шум сверху, будто кто-то по соснам стучит. Смотрю — а там чайка сидит.

— Чайка?!

— Чайка, самая натуральная. Только размером как бы не с корову. Клюв — во! — Горчаков изобразил руками метр с небольшим. — И в нем зубов, как у крокодила.

— А вы чего? — полюбопытствовал я. — Сбили?

Я мог только догадываться, каким именно аспектом обладала та диковинная птица, но скорее всего Ветром… или Льдом. Чайки всегда селятся поближе к воде и охотятся на рыбу. И магия Огня или Земли им уж точно ни к чему.

На месте старика я бы, пожалуй, не упустил возможность добавить пару пунктов к своей родной стихии.

— Да ну, куда там — сбивать. Мимо прошел, — отмахнулся Горчаков. — Нечего без надобности зверье трогать. Тайга такое не любит.

Елена явно хотела что-то сказать — то ли возразить отцу, то ли наоборот — согласиться — но не успела. Откуда-то справа раздался странный шум — будто прямо над лесом мчалось что-то большое и проворное.

Тропинку на мгновение накрыла тень, и я услышал сверху шелест веток елей и негромкий низкий гул. Одновременно похожий на работу мотора — и непохожий. Местные бензиновые двигатели даже с глушителями прерывисто и громко тарахтели, а этот…

Это работало ровно и почти неслышно. Будто огромная птица шла над верхушками деревьев на бреющем полете, понемногу выдыхая воздух из легких.

Сделанных, по-видимому, из металла. С таким звуком работают силовые установки куда более поздней эпохи, до которых местным технологиям предстоит развиваться еще сотни лет — если не тысячи. Запрокинув голову, я попытался разглядеть неведомое чудище, но оно уже скрылось за ветвями елей и улетело дальше — куда-то в сторону Тайги.

— Ну ничего ж себе. — Я только сейчас заметил, что машинально сдернул штуцер с плеча, и повесил его обратно на ремень. — Кажется, вот как раз ваша чайка и пролетела Ольгерд Святославович.

— Ага. Только крылья у нее из железа. — Елена осторожно отлипла от дерева с левой стороны дороги и убрала лук за спину. — Показалось — блеснуло что-то среди веток.

— Может, рыбину в клюве несла? Чешуя на солнце сверкает — далеко видно… — задумчиво отозвался Горчаков, стряхивая с пальцев ледяные искры неиспользованного заклинания. — Хотя — откуда тут большой рыбе взяться?.. До Невы километров семь.

Несколько минут мы шагали молча. Похоже, появление царь-птицы снова настроило всех на охоту, и мы смотрели в оба, следуя за Астрой. Пушистый белый хвост то и дело мелькал в лесу то слева, то справа от тропы, но след наша помощница так и не взяла. И когда вдалеке за деревьями показались крыши Бобриного хутора, меня снова потянуло на вопросы.

— Еще и чайки, — усмехнулся я. — Пусть и огромные, и зубастые, однако вы назвали птицу именно так, верно? Значит, я все-таки не ошибся — все создания Тайги произошли от самых обычных птиц. Или зверей.

— Ну… Кто-то не от обычных. — Горчаков поморщился, будто этот разговор ему почему-то совсем перестал нравиться, но все-таки продолжил: — А кто-то и не от зверей.

Елене повернула голову так резко, что споткнулась. Зацепилась ногой за какую-то корягу и, пожалуй, даже упала бы, не успей я поймать ее за локоть.

— Это… это как? — осторожно спросила она.

— Да вот так. Когда Тайга пришла — за Невой не только ж звери с птицами летали и бегали. Там и люди жили, кто раньше на юг уйти не успел. Вот из них-то, значит, и получилось… всякое. — Горчаков говорил с явной неохотой — вспоминать о подобном старики вроде него, похоже, не любили. — Лешие, кикиморы, водяные, русалки… Думаете, они только в сказках бывают?

— А разве нет? — Я пожал плечами. — Я вот что-то пока ни одного не встречал. И дядя даже не рассказывал.

— Так он сам, наверное, не застал уже. Мало таких тварей было, и их к человеку и жилью сильнее тянет — поэтому и перебили всех уж лет сто как. — Горчаков на мгновение задумался. — Может, где-то в глуши за Котлиным озером еще и попадаются, а у Пограничья давно нету.

— Так ты тоже леших не видел? — Елена чуть замедлила шаг, чтобы поравняться с отцом. — Или еще кого-нибудь?

— Я всякое видел. Такое, что и вспоминать не хочется, — хмуро отозвался Горчаков.

— Да ладно вам, Ольгерд Святославович. Мы же не дети малые. Дочка ваша, вон, уж сколько лет сама по Тайге ходит. — Я кивнул в сторону Елены. — Пожалуй, нам не помешает узнать, с чем еще можно столкнуться на том берегу Невы.