- Вы что, хотите купить моё тело? – возмущению не было предела.

- Нет, ну что вы! Лишь предлагаю варианты. Если не хотите, не соглашайтесь. Мы не заставляем. Контракт вы не подписывали, так что никаких обязательств не имеете. Живите в школе так. Может, она выпустит вас так же, как впустила?

К говорившему подошёл другой магистр и шепнул ему что-то на ухо. Тот встрепенулся и озабоченно покачал головой. Уставился на меня озадаченно, будто решая мою судьбу.

- Что такое? – насторожилась я.

- Мне тут подсказали то, что прежде ускользнуло из моего внимания. Дело в том, что согласно правилам школы, каждый год в школу берут одну учительницу. Но так уж получилось, что ваша предшественница сбежала.

- Не выдержала любвеобильных воспитанников? – напряглась я.

- Не совсем. Влюбилась и сбежала с возлюбленным. Так что предупреждаю: любовь под запретом! Это очень важно.

Я нахмурилась. Ещё ничего ему не обещала, а он уже требует, чтобы не влюблялась.

- Так вот, в этой школе одиннадцать выпускников, - деловым видом продолжил другой магистр. – Им нужна учительница. И ваше присутствие делает ситуацию странной: другую учительницу мы не можем взять, а вы не согласны.

- Конечно, не согласна! – вспылила я. – Хотите меня соблазнить, развратить и пустить по рукам!

- Ну-ну-ну, - пригрозив пальцем, по-доброму пожурил меня магистр. – Не сгущайте краски. Это в вашем мире подобное осуждается. А в нашем – это любовь и уважение.

- Так чего вы своих девушек не набираете на эту потрясающую должность? – рассердилась я.

- Наши не умеют быть такими, как ваши. Девушки вашего мира раскрываются для любви, а наши сжатые, скукоженные.

- Ну так разбудите в них страсть!

- Невозможно, поверьте. Уже пробовали. Оттого наши юные драконы и влюбляются в учительниц всех сердцем и любят их до конца жизни, помня всё, что было в школе.

7-2

Ух ты! Влюбляются и любят до конца жизни? Обалдеть! Прозвучало ошеломляюще! Я чуть не согласилась стать этой самой учительницей, чтобы меня любили!

Вовремя спохватилась и помотала головой.

- Нет. Я не согласна.

- Как скажете, - обречённо вздохнул магистр.

- Отпустите меня! – тряхнула цепями.

- Да, конечно! – никто не собирался держать меня в плену.

Тут же сняли цепи, но я осталась сидеть, так как не знала что делать, если встану. То ли уходить из этого зала, то ли постоять рядом с мужчинами.

Но они и сами не стали задерживаться и направились к дверям.

- Надо срочно искать ректора, - услышала я их озабоченный разговор. – Может, он сумеет разрешить эту ситуацию. Если воспитанники будут до конца года без учительницы, то останутся необразованными.

Опочки! Необразованными? Вот кто бы нашим парням сказал это! Наши, правда, школу оканчивают на пару лет раньше здешних воспитанников, но смысл почти тот же. Наши парни не особо переживают о своей «необразованности». Как только выходят во взрослую жизнь, активно начинают заниматься самообразованием! А тут, блин, неженки!

И тут я поняла, что у этих парней есть один-единственный год, чтобы оторваться в сексе. Потом они женятся, и их жёны никогда не дадут им того, что может дать учительница. То есть у них, действительно, имеется лишь один шанс узнать, что такое настоящий секс!

Только беда в том, что я и сама не знала, что это. Научить было некому. Я даже не целовалась ни разу. Была пара попыток, но моя скромность отбивала у парней всякое желание учить меня.

Толпа у двери рассосалась, и остался только Робсон. Он подошёл ко мне и встал предо мной, сложив руки на груди. Его задумчивый взгляд остановился на моём лице.

- Елена, я рад, что всё разрешилось, - выдал он бархатным голосом. – Изначально, до визита магистров, была мысль, что вы – порождение зла, проникшее в школу.

- Это что за порождение зла? – удивилась я.

- Бывают такие женщины, которые наводят порчу на наших воспитанников. Ведьмы. Оттого категорически запрещено кому-либо выходить из школы, или входить в неё. Это – самое главное правило.

- А как же с влюблённостью? – напомнила я. Магистр говорил, что это очень важно.

- И это тоже, - кивнул Робсон.

Тут мне подумалось, что я была очень близка к истине, подумав, что меня могут отволочь на костёр. Вначале приняли за ведьму! Хорошо, что со всем разобрались.

Зато теперь было ясно, почему мужчины так грозно отнеслись ко мне.

- Значит, мне больше ничего не грозит? – на всякий случай уточнила я. Насторожилась в ожидании ответа.

- Ну что вы? Нет, конечно, - он расплылся в восхитительной улыбке. Её я помнила ещё из своих снов. А ещё я помнила, насколько он восхитительный любовник, и сейчас у меня заколотилось сердце от мысли, что могло бы произойти между нами, если бы я согласилась стать учительницей.

8-1

Поймала себя на мысли, что слишком долго смотрю на него. Поспешно отвернулась.