Пока происходила эта сцена, к центру площади стали понемногу стягиваться зрители. Их становилось всё больше и больше. Даже те, ко поначалу отнёсся с опаской к прибытию компании на санях, быстро поняли, что опасаться тут совершенно нечего, зато есть, на что полюбоваться и за чем понаблюдать.

Вскоре среди зрителей появился и дедушка-лавочник. Он осторожно приблизился к занятым друзьям. Заметив его, Соня немедленно предложила присоединиться к процессу. И как только старик приступил к украшению ёлки, появились другие желающие.

— А можно я тоже помогу? — робко спросила девочка в голубом чепце и с такими же голубыми глазами.

— И я хочу помочь! — подоспел какой-то мальчик. — Мне разрешите?

— Подходите! Присоединяйтесь! — зазывала Соня. — Все-все подходите и не стесняйтесь! Мы всем рады!

Первое время люди всё-таки немножечко стеснялись. Но постепенно вереница желающих помочь стала неиссякаемой. Приходили всё новые и новые помощники. Участники с радостью погружались в увлекательное творчество, чтобы вместе создать настоящую праздничную красоту.

И даже более того: стали появляться те, кто приносил что-нибудь с собой. Прознав о том, что происходит на центральной площади, некоторые горожане решались захватить что-нибудь из собственных запасов — стеклянную звёздочку, блестящий шарик, расписного зайчика на нитке и другие игрушки, усыпанные блёстками, раскрашенные золотой или серебряной краской.

Мало-помалу ёлочка преображалась всё сильнее и ярче. Каждый хотел внести свою лепту в большое общее дело. Каждый чувствовал на себе ответственность за то, как именно исполнит свою часть работы. Ведь большое всегда состоит из маленьких частей. А грандиозное ёлочное убранство состояло из множества самых разных интересных деталек, которым не было счёту.

Убранство вышло богатым, пышным и разнообразным. Но самым главным в нём было то, что создавалось украшение с большой любовью и энтузиазмом. В каждой детали чувствовалась забота и внимание. Оттого на такое чудо хотелось смотреть неотрывно. Особенно, когда в самом конце на верхушку ёлки водрузили невероятно искристую семиконечную звезду.

Новогоднее дерево засияло так, что его лучики проникли в самые отдалённые уголки королевства. Жители выглядывали в окна, спрашивали друг у друга: «Что это такое дивное сияет в нашей Сиянии?». А вести о грядущем торжестве распространялись со скоростью птичьего полёта. К вечеру уже все знали о том, что чудесному празднику быть, и нарядная ёлка — тому главное подтверждение.

Пожалуй, в королевстве не осталось никого, кто бы не знал об этом событии. И всё же один нашёлся.

Принц Алан, не перемолвившийся ни с кем за весь день ни словом, находился во дворце и узнал о ёлке, когда подошёл к окну. И тогда сердце его на миг замерло отчего-то. Он долго-долго наблюдал за происходящим на площади не в силах оторваться. В таком виде его и застала Соня вечером, когда подавала принцу ужин.

Она внесла в королевскую столовую поднос с аппетитным горячим блюдом, аромат которого распространялся на всю округу. Однако Алан даже не повернулся в её сторону.

Соня оставила еду на столе и приблизилась к принцу, замершему у окна. Глянув в том же направлении, она немедля поняла, что так заворожило мальчика, и не могла не порадоваться его реакции.

— Здорово получилось, правда? — весело задала вопрос Соня.

Алан почему-то молчал несколько минут, будто бы не услышал её слов. Но затем сказал:

— Да. Очень здорово, — он коротко вздохнул. — Мы с мамой и папой всегда вместе наряжали ёлку во дворце каждый год.

Эти слова стёрли улыбку с Сониного личика. Она вдруг поняла, как грустно и одиноко маленькому принцу, как он скучает по своим родным и злится, что их нет рядом.

Соня понимала его чувства. Ей самой приходилось нелегко без мамы Светы и папы Лёши. И, возможно, девочка тоже бы злилась, если б не понимала, что злость и обида никому не делают ничего хорошего. В особенности тем, кто злиться и обижается. Потому гораздо лучше не ругаться и не грустить, а делать что-то интересное, доброе. Что-то, что приносит радость. Например, украшать ёлку, наводить порядок и общаться с друзьями.

И всё-таки Алану наверняка было тяжелее, чем Соне. Это она тоже понимала. Мама Света и папа Лёша пусть и были далеко, но Соня точно знала, что вскоре увидится с ними. А вот принц ни о чём таком не знал. Король Витольд Мудрый и королева Бажена пропали без вести. И, видимо, даже сам великий волшебник Квитан не сумел их найти…

— Если хочешь, — сказала мягко и нежно девочка, — во дворце тоже поставим ёлку. И наряжать будем вместе со всеми.

— С кем это «со всеми»? — проворчал Алан. — Со Свином Хрюновым что ли?

— А пусть даже и с ним, — рассудила Соня. — Зато будет весело.

— Не будет, — принц резко отвернулся от окна и демонстративно сложил руки на груди. — Министр сам не захочет ничего делать.