Встав на последнюю ступеньку, девочка стала поочерёдно снимать с крючков петельки, на которых держались шторы.

— Это значит, — сказала она, — что мы всё будем делать вместе. Я снимаю, а вы — подхватываете. Ловите-ловите!

Тяжёлая портьерная ткань, снятая с последнего крючка, стала быстро падать вниз. Однако фон Трусов храбро бросился вперёд и успел перехватить штору.

— Поймал! — обрадовался он. — Кажется, мне нравится это «сообща»!

— То ли ещё будет! — подмигнула Соня.

И действительно, каждому из друзей предстояло сделать ещё много-много всего. Но каждое дело давалось намного легче и быстрее, потому что работали они все вместе, сообща.

Соня и граф замочили шторы и занавески в огромном тазу, оставили отмокать в стиральном порошке. А тем временем принялись за ковры и гобелены, которые вытащили на снег и разложили на белоснежном покрове во дворе замка. Получилась настоящая цветная поляна из прямоугольников.

Теперь всё это добро нужно было как следует почистить. Граф Людвиг набрасывал снег на полотно, а Соня чистила щёткой ворс.

— Знаете, милая Леди, — совсем запыхался фон Трусов от столь непривычной активности, — я всё больше убеждаюсь, что вы — настоящая волшебница.

— Это ещё почему? — засмеялась Соня.

— Ума не приложу, откуда вы всё это знаете и умеете. Скажите, вы учились в специальной волшебной академии?

Девочка подумала и ответила:

— Нет, у меня было домашнее обучение под руководством самой могущественной волшебницы всех времён и народов.

— Правда?! — от удивления у кролика расширились глаза, а брови слегка приподняли край розового парика. — Как же её зовут?

— Мама Света, — улыбнулась Соня и не смогла сдержать грустного вздоха. — Очень надеюсь, что я её ещё увижу…

— Конечно! — немедленно заверил граф. — В этом нет никаких сомнений! Знаете, я тоже очень скучаю по своей матушке-крольчихе. Она живёт Белогорице, тут недалеко. Я обязательно навещаю её каждые три дня. Возможно, и сегодня съезжу… — он оглядел ковровую поляну на снегу и тоже тяжко вздохнул. — Ну, когда мы закончим… вот это всё…

— И Тия тоже скучает по своей маме… — тихо проговорила Соня.

— Тия? Наша садовница?.. — припомнил граф. — Ах, да! Большое, большое несчастье! Варвара и Благояр попали в тюрьму… — он смахнул краем кружевного рукава выступившую на глаза слезинку. — Бедная, бедная девочка…

— Людвиг, а вы не знаете случайно, почему они туда попали?

— Знаю. Их подозревают в государственной измене.

— А что именно они сделали плохого?

Граф задумчиво почесал жёлтую шёрстку под париком.

— Видите ли, леди Соня, государственная измена — эта такая загадочная вещь, что не обязательно делать что-то очень плохое. Подозрения вполне достаточно.

— Ясно… — невесело хмыкнула девочка.

Чтобы избавиться от неприятных мыслей, она постаралась подумать о чём-то хорошем. И тут ей в голову действительно кое-что пришло.

— Граф, а в Сиянии ставят ёлочку на Новый Год?

— Ёлочку? — не понял её граф. — Это такое дерево?

— Ну, да. Только очень нарядное.

Соня достала из потайного кармашка на своём фартуке телефон и показала графу фотографию главного новогоднего украшения — ёлочки, которую вся семья Сомовых наряжала накануне праздника.

— Как красиво! — восхитился фон Трусов. — Настоящее чудо!

— Нам нужно нарядить во дворце такую же, — ответила Соня.

— Хм… — граф задумался. — Тогда надо поехать в лес. Можно попросить сани у министра Свина.

«Министр Свин… — подумала девочка про себя. — В любом случае с ним надо пообщаться».

Как только с коврами было покончено, Соня и граф Людвиг снова вернулись к оставленным шторам. Их нужно было хорошенько потереть на стиральной доске, а затем как следует отжать от лишней влаги.

И эта часть уборки также вскоре завершилась, поскольку и Соня, и граф постарались на славу, работая сообща. Оба они здорово умаялись, и фон Трусов попросил об отдыхе. К тому же ему не терпелось всё-таки повидаться с матушкой-крольчихой.

Соня не смогла ему отказать. И хотя сама устала не меньше, ей предстояло побеседовать с министром околовсяческих дел.

Свин Хрюнов в это время как раз предавался самому важному из всех его обязанностей — возлежал на кровати и грыз ворованные из королевской кладовки яблоки. Заметив приближающуюся замкоуправительницу, министр стал запихивать недоеденные фрукты под подушку. Именно за этим занятием и застала его Соня.

— Здравствуйте, министр, — сказала Соня, пытаясь, понять, зачем Свину понадобилось кататься по кровати с яблоком во рту и перебирать шёлковые подушки.

Один из спрятанных плодов вдруг вывалился из-под покрывала и покатился по полу. Соня проследила за яблоком взглядом. Министр нервно сглотнул и быстро спрятал огрызок изо рта за спину.

— Чем могу помочь, достопочтенная замкоуправительница?

— У меня к вам дело, — сразу перешла к сути девочка.