Вампирица приняла его предложение, и её длинные пальцы потянулись к камзолу, спешно, но аккуратно освобождая пуговицу за пуговицей – точно так, как её учил сам Джейк. Пробираемый желанием, он потянул её за собой и, как только та закончила с камзолом, с силой кинул её на кровать. Навалившись сверху, по привычке небрежно схватил за волосы и оттянул, как можно сильнее оголив нежную девичью шею. Приник яро, неистово, стал слабо покусывать бледную кожу, краем уха слыша тяжелое дыхание покорной вампирицы. Перестарался – в забытье рассёк кожу. Маленькая капелька крови нарисовала дорожку до ключицы. Вкусил её – не удержался. Кровь, как сильное, пряное вино, ударила в голову. В штанах стало невыносимо тесно. Избавился от остальной одежды и приник к её холодному телу с новой силой. Она трепыхалась, сильно и настойчиво, но не от вожделения, как Селена. Запах его окровавленной руки с каждым мигом усиливался, и девушка еле сдерживалась от превращения в свой истинный облик, отчего-то понимая, что от человеческого вида кожи её друг получит гораздо большее наслаждение. Крепкой хваткой он несильно удерживал её от ненужных действий; у Селены от такого обхождения на утро появлялись синяки по всему телу.

Запах её тела – томный, опьяняющий, ударил в голову ещё сильнее, и желание овладеть теперь стало чуть ли не единственным желанием. Он настойчиво спускался всё ниже и ниже, пробуя на вкус её тело, будто в первый раз, и всё никак не мог утолить эту жажду.

Джейк на мгновение отвлекся. Раны на искусанной груди быстро заживали – и он с неудовольствием вспомнил, что существо под ним – не Селена, а вампирша, хоть и сильно похожая на неё, а значит, не стоит поступаться своими истинными желаниями лишь потому, что тело партнёрши слишком хрупкое. И никто на утро не будет возмущаться по поводу огромных шрамов и порезов по всему телу.

Резким движением руки девушка была перевёрнута на живот и притянута за волосы как можно ближе. Шея, плечи, ключицы – Джейк до сих пор не смог побороть в себе слабость к этим частям тела. Он впился в шею, кусая, но не пил её – оставил на сладкое. Она дергалась, и от желания его крови сильно потекла. Сильные укусы на шее истекали кровью, обагряя тонкую кожу. Не сдержавшись, он распробовал ещё раз, слизав ещё одну маленькую каплю. Резкий прилив желания, и небрежным движением тонкое женское тело обратно вдавлено в кровать. Рука переместилась на шейный отдел позвоночника и проткнула её тело насквозь – так вампирша была полностью беспомощна и всецело подчинена ему.

Он взял её и стал ритмично двигаться, почти сразу ощутив наслаждение, но не удовлетворение. С каждым толчком понимая, что это другое тело, не то, любимое и почти родное, он приходил в ярость. Это продолжалось долго – он двигался, небрежно трахая тихую партнёршу, от которой и половины тех криков, что изрекала Селена, не добиться.

Зарычав, Джейк поднес окровавленную конечность к лицу любовницы, и та ответила ему жалобным стоном, но не от желания, смешанного с отчаяньем и болью, о нет, её чувства были куда менее разнообразны и легко предсказуемы.

Она отчаянно брыкалась, ртом пытаясь схватить хоть частичку кожи, плоти или крови – неважно, главное, получить. Джейк кончил, но не спешил отпускать ее – нависал над ней, дразня терпким запахом крови.

– Прошу, – хриплым голосом процедила она. – Дай.

– Не заслужила, – прошипел Джейк и слез с кровати, начав спешно одеваться. Он был зол, потому что окончание процесса не принесло ему ни успокоения, ни удовлетворения. Он это прекрасно понимал, и от того становилось ещё более тошно. Но опять не смог сдерживаться – слишком долго Селены не было рядом, слишком долго и безрезультатно длятся поиски. Вместе с окончанием пришло и раздражение, гнев – на себя, в первую очередь. За предательство. Огромное и непростительное предательство – предпочесть другую, даже представляя на её месте любимую, единственную, родную. Когда та в огромной опасности и… может, замерзает где-нибудь в сыром грязном уголке, может, извивается под какой-нибудь мразью на потеху окружающим, может… Джейк нахмурился и почувствовал себя по уши в грязи.

– Н-найду, – задыхаясь, бормотала вампирша, понимая, что другого способа заполучить желаемое она не может. – Я помогу найти ее, чего бы мне это не стоило.

– Надеюсь на это, – грустно вслух вымолвил Джейк, до конца растворившись в своих мыслях.

Желание согреться

Сеттинг и персонажи: фэнтези, императорская чета.

Аннотация: Император охладел к ней – так решила Лилиан и не могла с этим смириться. Она уверена – иногда зимние деньки приносят не только стужу и разочарование. Иногда желание согреться разжигает в душе такой пожар, что потушить его способен только любимый человек.

Когда Лилиан открыла глаза, ее взору предстал королевский сад, укрытый плотным слоем снега. На ближайшем к окну дереве, насколько девушка могла разглядеть, сидела упитанная синичка, своим весом раскачивая тонкую ветку при каждом движении. Огромные снежные хлопья кружили в воздухе, как чародейская пыль, разбросанная добрым волшебником. Лилиан улыбнулась и прижала одеяло, ощущая себя невероятно счастливой. Теплое зимнее утро, такая красотища за окном… и она в королевской постели, укрытая счастьем и заботой, как промерзшая земля снегом.

«Счастье и забота» ассоциировались у нее прежде всего с Эдвардом. Мог бы кто подумать, что суровый, безжалостный правитель окажется столь нежен к своей молоденькой жене? Мог бы кто подумать, что он ее не трогал до тех пор, пока она сама не залезла к нему под одеяло в надежде согреться?