Сати слушала, опустив голову, и чем дольше Дана говорила, тем больше понимала, что подруга ее осуждает. Стало даже обидно, ведь она делится с ней, как с близким человеком, как вот с сестрой поделилась. И вовсе не для того, чтобы увидеть в черных глазах осуждающий блеск.

— Ты считаешь, я плохо поступила, — сказала она глухо, — но Сати, он мне нравится. И он вчера пришел к нам, уже после того, как мы попрощались. Попросил Олю разрешить нам встречаться, а потом сказал, что хочет жениться на мне, когда вернется из Швейцарии.

Сатима вскинула пылающее лицо и гневно сверкнула глазами.

— Я тебя осуждаю? Как ты могла такое подумать, Дана, мы же подруги! Просто я… — она стушевалась, замялась, комкая в руках салфетку, — я не знаю, как тебе сказать.

— Что? — Данка почувствовала внутри легкий холодок. Сатима сжала ей руку.

— Тебе нельзя встречаться с Даниялом, Дана. И я не знаю, как он может делать тебе такие предложения. У него есть невеста, Зарема Арисханова, Арисхановы с Баграевыми уже давно сговорились, Дану пятнадцать лет было, а Зареме пять. У них скоро свадьба, все ждали, когда Заре исполнится восемнадцать.

— Свадьба? — слабо переспросила Данка, чувствуя, как слабеют ноги. — А это точно? Он ведь может передумать?

— У нас, когда родители сговариваются, дети не перечат. Так не принято, — покачала головой Сатима, — и Даниял столько лет не женился, выполнял договоренности. Они хотят объединить компании, Баграевы с Арисхановыми. Арисхановы — старинный знатный род, это честь с ними породниться, хоть Баграевы и богаче. Дядя Шамиль не раз говорил, как много ждет от этого брака… Что с тобой, Даночка, не плачь, ну прости, но я не могла промолчать. Не обижайся, прошу!

Сати пыталась утешить плачущую навзрыд Данку, перед глазами которой стоял Даниял, ласкающий незнакомую черноволосую прекрасную девушку, такую яркую как Сати, а не как бледная, невзрачная Дана.

Как же хорошо, что она ему не уступила! И что не дала сразу ответ, тоже хорошо.

— Что ты, — Дана вытерла слезы, — наоборот, я благодарна, что ты рассказала. Теперь я знаю, что он просто хотел развлечься.

По закушенной губе подруги поняла, что не ошиблась. После лекций, когда они вышли из университета, первым, что увидела Дана, был «гелик» Данияла с опирающимся о него хозяином. Данка обратила внимание на взгляды, которыми одаривали его проходящие мимо студентки и вспомнила слова сестры — Ольга оказалась совершенно права.

Дан поднял голову и увидел их с Сати. Его лицо озарила улыбка, глаза вспыхнули, как будто он и правда рад ее видеть. Данка вздрогнула и высвободила руку из-под руки Сатимы. Что бы ни творилось в ее душе, она не доставит Даниялу удовольствие видеть свои слезы.

— Я пойду, — сказала она, целуя явно оторопевшую подругу в щеку. Видать, та никак не ожидала увидеть названного брата под корпусом университета.

Данка прошла мимо Баграева, не обращая внимания на его окрики, а сворачивая за угол, краем глаза заметила, как они о чем-то раздраженно переговариваются с Сати. Дальше глаза застлало пеленой, и к троллейбусной остановке она подошла практически наощупь.

Глава 8

С трудом разглядев номер троллейбуса сквозь вновь набежавшие слезы, Дана вошла в салон и заняла место у окна. Хотелось поскорей добраться домой, чтобы наконец-то дать волю переполнявшим чувствам.

Известие, что у Данияла есть невеста, как будто надломило что-то внутри, и это совсем убивало Данку. Они знакомы всего ничего, виделись несколько раз, так почему же у нее такое чувство, что жизнь закончена, и будущее рисуется в самых безрадостных тонах?

Дана была рада, что сестра на дежурстве, и до завтрашнего утра можно вволю нареветься в одиночестве. Меньше всего хотелось, чтобы Ольга тоже переживала, а ведь она будет, даже если начнет привычно материть Данияла и всех мужчин с ним за компанию.

При одной лишь мысли, что Дан хладнокровно лгал, сидя вчера за столом в их кухне, которая из-за его присутствия внезапно сделалась совсем тесной, грудь сдавливало будто тисками. Зачем? Неужели все только для того, чтобы затащить ее в постель? Так ведь глупо же!

Даниял такой красивый мужчина! Нверняка в желающих провести с ним ночь не то, что нет недостатка, напротив, среди них впору проводить кастинг. И Дана готова была поспорить, что желающих подарить свою девственность Баграеву тоже нашлось бы немало. Так зачем ему понадобилось разыгрывать вчера вечером целый спектакль?

Официально встречаться… Жениться… Или он рассчитывал, что Сатима промолчит и ничего не расскажет? Данка мысленно представила невесту Данияла в белом свадебном платье, и по сердцу дружно заскребли кошки.

Внезапно троллейбус дернулся, и Данка даже вперед завалилась. У него что, рога слетели? По оживлению в салоне стало ясно, что рога тут ни при чем. Стоявший рядом молодой человек сказал приятелю: «Видал? Нас «гелик» подрезал. Вот идиот. И зачем ему троллейбус?» Данка насторожилась.