— А мышонок-то уже вся мокрая. А я даже еще не начинал играть, — прошептал, скользя пальцами по моей нежной плоти, размазывая по бедрам доказательство моего возбуждения. Мне же оставалось лишь прерывисто дышать и ждать очередной порции ласки, которой он тут же меня одарил. Я протяжно застонала сквозь стиснутые зубы, когда его пальцы коснулись клитора и начали его массировать круговыми движениями. Эта безмолвная игра продолжалась довольно довольно долго. Ноги мои тряслись от напряжения, тело горело и плавилось в ожидании долгожданной разрядки, которой он никак мне не давал. Лишь хмыкал на мои стоны и всхлипы, когда он переставал меня ласкать как раз в тот момент, когда я уже готова была кончить.

— Нет-нет, мой мышонок. Кончать я тебе не разрешаю. Пока, — пробормотал, оттягивая мой сосок и проводя рукой, которой только что меня ласкал по моим губам. — Оближи, — последовал короткий приказ, и я, даже не задумываясь, что делаю, обхватила губами его палец, наслаждаясь вкусом собственного возбуждения. Таким сладким и одуряюще возбуждающим. Медленно облизав его руку, я откинула голову ему на плечо и шумно выдохнула. давая передышку собственному телу. В этот момент я окончательно смирилась с тем, что со мной происходит, и решила до последнего играть по заданным правилам.

И, казалось бы, мужчина это каким-то образом понял, вновь довольно хмыкнув мне в шею.

— Умница, мышка, умница. Согласись, гораздо проще расслабиться и получать удовольствие, чем обманывать себя и сопротивляться. Мышонок заслужил поощрение, — прошептал, а в следующее мгновение на мою попу обрушился жгучий удар. — Один, — пробормотал он, кусая меня за шею и поглаживая по попе. Я всхлипнула, дернувшись в своих путах, и зашипела сквозь зубы, вспомнив, что он приказывал молчать. И вновь обжигающий удар, а затем еще и еще. Прижав меня к стене, одной рукой он ласкал меня между ног, пощипывая и поглаживая клитор, второй же время от времени бил по попе, заставляя меня шипеть то ли от возбуждения, то ли от боли, потому что бил он по одному и тому же месту. В какой-то момент я сбилась со счета, полностью сосредоточившись на окутывающих меня ощущениях. Боль на грани наслаждения, так он сказал? Что ж, этот коктейль был действительно прекрасен. Я стонала и извивалась в его руках. Каждый удар он щипал меня за клитор и прикусывал шею, в разы усиливая и обостряя ощущения. Я плавилась и растекалась в его руках, думая лишь о том, как же сильно я хочу кончить. Даже более того! В какой-то момент я поймала себя на мысли, что безумно хочу, чтобы он вошел в меня, наполнив до отказа.

— Ох, пожалуйста, — выдохнула, содрогаясь от очередного удара и волны наслаждения, прокатившейся по всему телу. — Пожалуйста, — захныкала я, когда он, довольно мурлыкнув, отстранился от меня. А в следующее мгновение я взвыла, прикусив губу до крови, потому что он вторгся в меня без всякого предупреждения, вжимая в стену и заполняя до отказа. А после, не останавливаясь, начал грубо вколачиваться, словно желая погрузиться еще и еще глубже. Так рвано, резко, чуть больно и до потери пульса приятно. Одной рукой сжимая мне бедро, другой он принялся массировать мне клитор, щипая и оттягивая его, зажимая между пальцами, покусывал шею. Если бы не держащие меня путы, я бы давно уже упала к его ногам, а так мне оставалась лишь протяжно стонать, наслаждаясь каждым его толчком, каждым резким движением. Возбуждение опаляло, а запах секса и страсти кружили голову. Я была уже на пике, и от очередного грубого толчка мир просто взорвался калейдоскопом красок, а я полетела куда-то вниз, растворяясь в волнах всепоглощающего наслаждения.