Наконец приехали - вышли на освещенном крыльце самого прекрасного и изысканного здания, которое я когда-либо видела. Оно было великолепно - высокие мраморные колонны поддерживали парадный вход, по обе стороны застыли изящные скульптуры, а из распахнутых окон уже доносились музыка и смех, хотя мы вовсе не опоздали.

- Прошу, следуйте за мной, - подойдя, заявил нам величественный лакей. - Прием скоро начнется. 

И вот мы уже идем по сказочному дворцу, я стараюсь не пялиться по сторонам, радуясь тому, что оставила мухарашу в карете, шепотом приказав ей меня дожидаться. 

Сперва у нас будет официальная часть, присутствие на которой обязательно. После чего я смогу улизнуть и доставить послание куда нужно.

- Только не дури, - заявила я пакету на прощание, а потом вернулась к поджидавшему меня Сайрусу, сказав тому, что поправляла в карете чулки. 

Мои слова произвели на него серьезное впечатление - кажется, он даже зарделся, наверное, представив эту картину. 

Но куда сильнее смущенного мага меня волновала…

Ну да, тот самый подарок Высшей нежити, оставленный мною без присмотра. Возможно, на долгое время. Интуиция бормотала в оба уха, что ничего хорошего из этого не выйдет. 

Или же… она говорила о другом?

Например, о высоком молодом мужчине, с темными волосами, длинными локонами спадавшими на плечи его черного с золотом наряда. Этот человек стоял в одном из залов, держа в руке бокал, и кто-то из придворных, склонившись перед ним, произнес:

- Герцог Саверлок… Примите соболезнования с кончиной вашего отца! 

Герцог Саверлок! 

Услышав это имя, я едва не упала, запутавшись в собственных ногах, после чего Сайрус, наверное, тоже мог бы принимать соболезнования в связи с моей кончиной.

Но он меня удержал, воскликнув:

- Будь осторожнее! 

Мужчина повернулся на его голос и… 

Я его узнала, причем, сразу же. Словно гром среди ясного неба - вспомнила, где мы виделись и при каких не самых выигрышных для меня обстоятельствах.

…Ярмарка в Гржине, где я была со своими подругами. А этот мерзавец мужского рода принялся распускать руки и пытался задрать нам подолы.

Вернее, начал с моих подруг, и те ничего не могли с ним поделать - он был в стельку пьян и на сымитированный обморок Ивонн не отреагировал. Вернее, даже обрадовался, что девушка улеглась перед ним сама и не сопротивляется.

Полез к ней, но тут я…

В общем, я была зла. И мои ножки в темных чулках были последним, что он увидел в тот день в человеческом обличии. Потому что, воспользовавшись его состоянием, а также раскачивающимся маятником и крупицами магии, я внушила ему, что он - козел.

Самый настоящий – блеющий и с рогами.

Со всеми вытекающими из этого обстоятельствами.

В жандармерию Гржини его забрали еще нескоро - сперва он объел фиалки с клумбы, а потом попытался забодать жандарма.

В человеческий облик он вернулся только на следующий день, но, кажется, не забыл ни своего козлиного обличия, ни того, кто это с ним сделал. Вернее, ту, кто с ним такое сделал – потому что я увидела свой приговор в его темных глазах.

1.4

***

За два дня до этого. Покои молодого герцога Саверлока

Молодая и неожиданная гостья пришла к нему инкогнито.

Но сперва распахнулась дверь, после чего личный лакей пробормотал, что к его светлости явилась некая посетительница. Не успел Кайлен заявить, что он никого не ждет и не принимает, а затем, в подтверждение своим словам, запустить в слугу пустой бутылкой, как вошла она.

В темной одежде, с вуалью на лице, которую тотчас же подняла. И Кайлен застыл с бутылкой в руках.

Затем аккуратно поставил ее на стол, поднялся и изобразил вежливый поклон.

- Я премного благодарен Богам, пославшим мне подобную красоту на ночь глядя, - пробормотал он.

Потому что на Альтарис уже спустился вечерний сумрак, а в кабинете, в котором он пил, отмечая удачно провернутое дело, горела лишь пара магических светлячков.

В их свете новоиспеченный герцог Саверлок увидел красивое и решительное лицо королевы Аделин, явившейся к нему… явно без ведома мужа.

- Позвольте поинтересоваться, ваше величество, чем вызван столь приятный визит? Но сперва могу ли я вам предложить… - Кайлен принялся оглядываться, выискивая чистый стакан.

Такого не было - он собирался отмечать смерть ненавистного папаши в одиночку.

- Это излишне, - мелодичным голосом произнесла королева. - Садиться я тоже не стану, можете не утруждать себя. Я здесь для того, - Аделин взяла недолгую паузу, - чтобы выразить вам соболезнования в связи со скоропостижной гибелью вашего отца.

- Да, этот мерзавец… его секретарь! Как у него только посмела подняться рука на такого человека?! – с картинным гневом выдохнул Кайлен.

- Дрейк Миллер, - кивнула королева. - Кстати, вы в курсе, что ваш отец собирался дать ему свое имя?