Я откидываю голову назад, вода стекает по лицу и телу. Наслаждение пробегает по позвоночнику, я двигаюсь быстрее, пока звук моей руки, ласкающей член, не наполняет ванную. Черт. Я задерживаю дыхание, когда оргазм сотрясает меня.

Господи, если это так интенсивно только от фантазий о ней, каково же будет на самом деле? Надо почаще заниматься этим самому, чтобы продержаться дольше минуты, когда мы наконец займемся сексом.

Я быстро моюсь, выхожу и одеваюсь. Чувствуя легкость, я выхожу из комнаты с ухмылкой на лице. «Чувствуя легкость». Я усмехаюсь про себя. Чуть дыру в стене не пробил.

Иду на кухню, беру воду. Опираясь на стойку, я выпиваю половину бутылки, не сводя глаз с Милы. Она бросает на меня взгляд, и маска в её руках мгновенно забыта, а губы приоткрываются.

Поставив бутылку, я направляюсь прямо к ней. Беру её лицо в ладони и крепко целую. Медлю, прежде чем прошептать ей на ухо: — Я только что получил лучший оргазм в душе, фантазируя о тебе. Но всё равно жалею, что тебя там не было.

Я отстраняюсь и ухмыляюсь. Мила смотрит на меня — смесь шока и страсти. Затем она бросает маску на диван, вскакивает, хватает меня за плечи и, поднявшись на цыпочки, обрушивается на меня с голодным поцелуем, не обращая внимания на друзей.

Я хочу, чтобы её ноги обвили мою талию, чтобы я мог унести её в спальню, но понимая, что ей нужно побыть с подругами, позволяю ей вести в этом поцелуе.

Когда Мила отстраняется, она подмигивает мне и снова садится. Она ловит шокированные взгляды подруг и бросает: — Подберите челюсти с пола.

Хана переводит взгляд с меня на Милу: — Мне нравится, к чему всё идет.

— Нас уже двое, — говорит Фэллон с абсолютно счастливым видом.

Джейд о чем-то задумывается, а потом спрашивает: — Так, если я выйду за Хантера, а Мила — за Джейса, это сделает Джейса и Хантера кузенами, верно?

— Это ты уже загнула, — смеется Фэллон.

Я ухмыляюсь как идиот, глядя на Милу.

— Но мне нравится, как это звучит.

— Да уж, вы с Хантером и так почти родственники, — замечает Хана.

Я ухожу в коридор, бросая через плечо: — Я не об этом, Хана. Я имел в виду замужество Милы за мной.

— Не смей бросать такие бомбы и просто уходить! — кричит Джейд, и я смеюсь, закрывая дверь в свою комнату.

Это даст им тему для разговоров, пока они мажутся масками.

ГЛАВА 29

ГЛАВА 29

МИЛА

Я наконец-то нашла время накрасить ногти и выбрала нежно-розовый цвет.

Джейс заходит в комнату, садится на кровать и смотрит на мои пальцы, пока я дую на них, чтобы лак быстрее высох. Он берет мою левую руку и тоже начинает дуть на свежую краску, отчего я расплываюсь в улыбке.

— Сколько эта хрень сохнет? — спрашивает он.

— Это быстросохнущий лак, — отвечаю я. Когда он смотрит на меня взглядом, говорящим, что это не ответ, я смеюсь: — Одну-две минуты.

Лукавая ухмылка расплывается по его лицу, и он толкает меня на кровать.

— Значит, до этого момента ты абсолютно беспомощна в моих руках?

Я киваю, чувствуя, как умиротворение заполняет каждую клеточку моего тела. Он нависает надо мной, опираясь на руки и колени, и просто смотрит.

— Боже, ты прекрасна.

— Ты тоже симпатичный, — поддразниваю я его.

Он недовольно кривится.

— Симпатичный?

— И горячий.

Он приподнимает бровь. Смеясь, я продолжаю: — И сексуальный.

— Продолжай, — требует он.

— И сильный. — Мой взгляд становится нежным. — Ты идеальный.

Он наклоняется, мягко целует меня и говорит: — Только в твоих глазах, детка. — Затем он смотрит на мои руки: — Уже высохли?

Я быстро проверяю лак и киваю.

— Хорошо. — Он тянет меня вверх. — Потому что пришла моя мама, она хочет тебя видеть.

— Что?! — вскрикиваю я. — И ты заставил её ждать?!

Я вылетаю из комнаты и, ворвавшись в гостиную, начинаю тараторить: — Простите, миссис Рейес! Вы долго ждали?

Она улыбается, поднимаясь с дивана.

— Вовсе нет.

Я обнимаю её и сажусь.

— Хотите чего-нибудь выпить? — Я снова вскакиваю и бегу к холодильнику. — У нас есть кола, вода и... молоко. Хотите, я закажу что-нибудь?

Она с улыбкой хлопает по дивану рядом с собой.

— Мне ничего не нужно. Садись.

Я слушаюсь и улыбаюсь ей. Мне так важно, чтобы я ей нравилась. Сейчас — больше, чем когда-либо.

На её лице довольное выражение.

— Кажется, тебе уже лучше.

Я киваю.

— Да, с каждым днем становится легче.

— Рада это слышать. — Она откидывается на спинку дивана и устраивается поудобнее, как старая подруга. — Как проходят ночи?

Я поворачиваюсь к ней.

— Была только одна плохая. В остальном кошмаров больше не было.

— Хочешь рассказать?

Я благодарно улыбаюсь.

— Я застряла в темноте, и там было... что-то злое, что впилось в меня когтями.

— Да, у меня тоже такое было, — признается миссис Рейес.

— Но это прошло? — спрашиваю я с надеждой.

Она кивает.