Бывшие. Реанимация чувств запрещена

Шепотом произнести «Воронович» оказалось легче, чем пережить то, что он снял маску. Мой бывший. Шесть лет назад я вычеркнула его после сцены в общаге, где он был слишком занят «осмотром» моей соседки. А теперь он стоит напротив, с бородой, широкими плечами и выражением лица человека, который пришел не мириться, а закрепляться.

Работа сводит нас в одну команду. Он бросает: «Я здесь надолго», а у меня в голове только одно: как не сорваться на первом же дежурстве. Придется импровизировать, держать лицо и спасать пациентов. Выживать тоже. Только кто кого.