— Значит, буду совать руку в пасть каждому встретившемуся Спрутолису, — азартноухмыльнулся Матвей, отрезая себе очередной кусок мяса.

— Ты главное, только не давай себя жевать, вовремя включай защиту, — добавил я. — А то я только и буду заниматься, что твои раны лечить.

— Ясное дело! — улыбнулся приятель. — Буду действовать в разумных пределах. Но ведь если не тренироваться, то и пользоваться не научишься по-нормальному.

— Это верно, — согласился я. — А лучше научиться пользоваться в совершенстве. Можем опять поэкспериментировать с горелкой для начала.

— А давай! — с радостью согласился парень. — Прямо после ужина.

— Хорошо, — кивнул я.

Пока я допивал чай, Матвей сложил грязную посуду в раковину.

— Потом помою, после тренировки, — сказал парень. — Жду тебя в зале.

Когда я пришёл в комнату, Матвей уже стоял с оголённой рукой и с подготовленной к работе газовой горелкой в другой руке, готовый уже самостоятельно начать испытывать свою новую способность.

— Подожди, — сказал я, улыбаясь, и оценив его нетерпение. — Давай я сначала гляну, как там дела с этой твоей сферой.

Матвей так быстро улёгся на диван, что я невольно покачал головой от удивления. Я присел рядом на край дивана и положил руку ему на эпигастрий, где находилась та самая загадочная сфера, упоминаний о которой я не нашёл ни в литературе, ни в базе данных рода, даже по запросу в секретный сектор.

С последнего моего осмотра ядро немного увеличилось и уплотнилось. Я с интересом наблюдал, как флюиды негативной энергии от находящегося в желудке мяса Лешего устремились к ядру и оно начинает мягко пульсировать, насыщаясь. Ничего плохого, типа перерождения окружающих тканей, я не увидел.

Негативная энергия не распространяется по телу, а полностью сосредотачивается в ядре. Тогда вполне возможно, что то же самое будет происходить, когда парень будет находиться в Аномалии, будет подзаряжаться, а не болеть. Эту теорию тоже можно будет проверить завтра.

— Вроде всё в порядке, — сказал я, поднимаясь. — Можем приступать.

— Давай! — обрадованный результатом осмотра Матвей резво вскочил с дивана и протянул мне газовую горелку. — Жги, Ваня!

Парень выставил руку вперёд и с нетерпеливым ожиданием уставился на сопло горелки. Я не заставил себя долго ждать. Пламя устремилось к открытой ладони, облизнуло резко ставшую серебристой поверхность, и я тут же его погасил.

— Ну как ощущения? — спросил я.

— Да вроде всё нормально, — сказал Матвей, улыбаясь и разглядывая абсолютно целую руку. — Давай ещё!

Мы повторили манипуляцию ещё раз десять и каждый раз я немного прибавлял мощность пламени и длительность воздействия. Все испытания были пройдены блестяще.

— А без огня сможешь защиту активировать? — поинтересовался я. — А то каждый раз заранее тебя настраивать — тоже не дело, надо учиться и просто так использовать способность.

— Сейчас попробую, — пожал плечами Матвей.

Парень снова вытянул руку вперёд и напрягся. Ничего видимого глазу пока не происходило. Потом ладонь начала покрываться серебристыми пятнами, но они вскоре исчезли.

— Вот же гадость! — воскликнул Матвей, тряся рукой. — Аж вспотел весь! Когда огонь вижу, легко получается, а без него очень сложно. Все силы выжал.

— Старайся тренировать это почаще, — посоветовал я. — Со временем научишься делать защиту и без пламени. А потом и вовсе не задумываясь.

— А давай с ножом попробуем? — предложил Матвей, обрадовавшись собственной смелой идее.

— Не боишься? — улыбнулся я.

— Не-а! — замотал головой приятель. — Стой, сейчас принесу.

Меньше, чем через минуту, он вернулся со своим охотничьим ножом, сделанным из рога Красного медведя.

— Давай-ка на первый раз возьмём оружие попроще, — предложил я, с опаской глядя на грозный клинок.

— Думаешь? — спросил Матвей, с сожалением глядя на любимую игрушку.

— Уверен, — кивнул я.

— Ладно, — горестно вздохнув, ответил парень и ушёл.

Теперь он принёс почти все ножи, которые нашёл на кухне и разложил передо мной на табуретке.

— С закруглённым носиком не стал брать, извини, — усмехнулся Матвей. — Это уже совсем издевательство будет.

Я осмотрел ножи и для первой попытки выбрал с самым тупым остриём. Однако и таким при желании ладонь можно проткнуть. Матвей выставил руку вперёд и приготовился. В этот раз он не улыбался, был абсолютно серьёзным.

Первый выпад я сделал от души, но силу удара больше сымитировал, а ткнул ножом совсем слегка. Ладонь на короткий момент стала серебристой. Матвей критично уставился на неё, пытаясь найти повреждение.

— Слушай, ну давай уже без этого детского сада, а? — скривился приятель. — Мне же тогда огненный червь защиту прокусить не смог, а ты поцарапать боишься.

— Тише едешь — дальше будешь! — сказал я и взял в руки нож поострее.

Матвей снова встал в стойку и я ударил резко и неожиданно. Без ярого энтузиазма, но и практически не сдерживаясь.