Минут через десять из серебристого «Мерседеса» вышел объект слежки – высокий мужчина лет сорока пяти – сорока восьми, ухоженный, с таким самодовольным выражением лица, будто владел он не только «Мерседесом», но и всем городом, и все жители вращались исключительно вокруг хозяина.

«Мэр – да и только!» – фыркнула Софья.

Она открыла свой крохотный термосок, глотнула остывшего кофе и приготовилась к наблюдению. Мужчина вошёл в ресторан, а через пару минут за его столик присела… вовсе не молоденькая красотка. Женщина, лет пятидесяти, с озабоченным видом и строгими манерами. На роль любовницы она не годилась: ни флирта, ни кокетливых взглядов. Они что-то обсуждали, затем мужчина достал конверт и протянул собеседнице.

– Так-так, а вот это уже интересно, – пробормотала Софья, придвигая бинокль ближе к глазам.

Женщина взяла конверт, мельком заглянула в него и тут же спрятала в сумочку. Губы незнакомки шевельнулись так, что стало ясно: она высказала недовольство. Мужчина пожал плечами и что-то коротко ответил. Жаль, Софья не умела читать по губам – мечта стать сурдопереводчиком осталась в далёкой юности.

А через минуту женщина, явно раздражённая, быстрым шагом вышла из ресторана, оставив своего «партнёра» наедине с бокалом вина и лёгким недоумением.

– Ну что, голубчик, кто это был? – задумчиво пробормотала Софья и защёлкала камерой, не спуская глаз с незнакомки. – Или какой-то шантаж или…?

Дело принимало любопытный оборот. И суть явно была не в любовной интрижке.

Софья быстро завела машину и не спеша выехала на дорогу. Необходимо было выяснить, кто эта загадочная дама и что находится в том конверте… хотя… и дураку понятно что.

Включив фары, Софья медленно двинулась следом, соблюдая безопасную дистанцию. Слежка в её возрасте казалась немного комичной: Софья чувствовала себя героиней дешёвого шпионского фильма, но азарт брал своё. Дама села в тёмно-синий «Лексус», припаркованный невдалеке, и уверенно выехала на главную дорогу. Детектив прибавила газу, пытаясь не отстать.

– Ну, милая, давай посмотрим, куда тебя несёт.

Каково же было удивление, когда «Лексус» направился в её родной Энск. Через десять минут езды по Энску машина свернула к элитному жилому комплексу. Софья Васильевна обомлела, широко открыв рот.

– «Волжские просторы»… опять они, – протянула она, чувствуя лёгкое возбуждение – Дежавю!

Этот комплекс уже фигурировал в её расследованиях. Неужели всё опять замыкается на тех, кто в нём живёт?

«Лексус» остановился. Женщина вышла из машины. Вынув телефон из кармана, Софья увеличила масштаб, и камера опять принялась за работу. Что-то в лице дамы показалось знакомым. Что-то едва уловимое и ускользающее.

Не оглядываясь, женщина направилась к центральному из семи пентхаусов «Волжских просторов». Софья пристроила свою старушку «Мазду» на парковке, напротив подъезда, открыла капот, склонилась, изображая, что чинит что-то. Пока она ломала голову, как выудить информацию, дверь распахнулась, и навстречу даме вышел высокий мужчина с длинными седыми волосами. Художник Арсеньев! Тот самый импозантный тип, с которым Софья пересекалась по делу туфли цвета фуксии. В глубине Софьиной дремлющей женской души пробудились слабые нотки волнения…

Да, чутьё у Софьи уже не просто ёкало, а било в набат: в этой истории всё будет гораздо запутаннее – за первым слоем тумана скрываются ещё несколько.

Незнакомка и художник поздоровались. Софья напрягла слух, не забыв включить лазерный подслушивающий аппаратик, подаренный само́й себе на 8 Марта.

– Ты не должна была сюда приезжать. Всё уже давно решено. Это дело прошлого.

– Нет, не решено! – резко ответила женщина. – Она должна узнать правду…

Художник нервно оглянулся:

– Я же предупреждал, лучше бы они не знали, что ты на свободе…

Дальше услышать не удалось: они вошли внутрь, и дверь захлопнулась.

– Ну, теперь окончательно ясно, что дело тёмное, – пробормотала Софья. – Пора узнать, что скрывают эти «Волжские просторы» и кому выгодно молчание…

Возвращаться в офис Софья не стала, а направилась в свою квартиру неподалёку от «Волжских просторов». Квартиру с трудом можно было сравнить с офисом, но Софья любила работать дома: здесь пахло вчерашним кофе, геранью и безнадёжным оптимизмом.

Анна уже вернулась из «Шпильки». Она поджидала хозяйку квартиры с видом котёнка, нахально устроившимся на тёплом пледе и всем своим видом демонстрирующим : «Я тут всегда был, и все меня любят».