Однако это утро выдалось таким морозным, что волей-неволей ему пришлось признать, что зима вступила в свои права. По дороге к университету он несколько раз останавливался, раздумывая, не вернуться ли домой за свитером. Но идти туда, а потом возвращаться обратно ему ужасно не хотелось – было жаль времени, поэтому после каждой такой остановки он все больше убыстрял шаги, чтобы согреться ходьбой.

Квартира, которую он снимал в Сангубаси, была сравнительно недалеко от университета. Чаще всего он ездил на работу на поезде, хоть это был и не очень приятный вариант – приходилось делать крайне неудобную пересадку с одной линии на другую. Иногда, когда у него было подходящее настроение, Андо вполне мог позволить себе прогуляться в университет пешком. Правда, ему редко удавалось точно рассчитать время, и вторую половину пути он обычно бежал трусцой. «Заодно и спортом позанимаюсь», – обычно думал он во время этих пробежек.

Нынче утром он решил, что у него подходящее настроение для прогулки, но где-то на полпути понял, что ошибся, и сел на метро. Ему захотелось как можно скорее попасть в университет.

Вагон раскачивало, как железную люльку. Ехать было три остановки. Слишком мало времени для того, чтобы собраться мыслями. На работе Андо ждали образцы ткани: ему предстояло обследовать клетки Маи Такано и Рюдзи Такаямы с помощью электронного микроскопа. Мияшта и Нэмото предложили ему свою помощь. Нэмото, как никто, знал электронные микроскопы. Мысль о том, что оба толстяка уже ждут в лаборатории, подстегивала его.

До сегодняшнего дня в крови всех, кто посмотрел кассету, был обнаружен неизвестный вирус, по характеристикам напоминающий оспу. Никаких доказательств того, что вирус распространяется через физический контакт, у Андо не было. В квартире Маи Такано он нашел уже перезаписанную копию «заразной» видеокассеты. И если у Маи в крови обнаружится этот похожий на оспу вирус, то на основании двух вышеуказанных фактов можно будет заключить, что она тоже посмотрела эту кассету. И, значит, все, что с ней впоследствии произошло, – это результат просмотра роковой видеозаписи.

Андо так основательно погрузился в размышления, что чуть было не проехал свою остановку. Он едва успел выскочить из вагона – двери за ним сразу же закрылись, и поезд поехал дальше. Андо влился в толпу, которая понесла его к турникетам. Внушительное здание медицинского факультета располагалось в двух шагах от станции.

* * *

Андо ступил на порог лаборатории, и Мияшта, заслышав шум, тут же повернул к нему свое румяное лицо и язвительно сказал:

– Ну наконец-то. Мы уже тут совсем извелись, ожидаючи.

Они с Нэмото всю неделю готовились к сегодняшнему эксперименту. Вирус – штука сложная. Его нельзя просто так взять и посмотреть под микроскопом, когда в голову взбредет. Для начала нужно тщательно подготовиться: задействовать центрифугу, провести секционирование клеток, и так далее, и тому подобное. Так что человек без соответствующей квалификации, даже будучи медиком, не смог бы справиться с этой задачей.

Похоже, Мияшта не на шутку заинтересовался вирусом и ждал сегодняшнего дня не меньше, чем Андо: он заявился в лабораторию с самого утра и теперь уже начинал потихоньку терять терпение.

Все было готово, и можно было приступать.

– Выключаем свет, – скомандовал Нэмото.

– Нет проблем. – Мияшта дотянулся до выключателя, и свет погас. Хотя они уже пару недель возились с распечаткой аминокислотных основ и, можно сказать, наизусть выучили состав этого вируса, сегодня они впервые смогут увидеть его своими собственными глазами.

Нэмото пошел в темную комнату и закрепил ультратонкий образец в держателе. Андо и Мияшта, сидевшие за пультом, молча уставились в экран. На экране пока что не было никакого изображения, но поблескивающие глаза обоих приятелей бегали туда-сюда, а разыгравшееся воображение рисовало им самые невероятные картины.

Нэмото вернулся из темной комнаты и выключил все еще горевшую лампочку над пультом. Сейчас начнется. Затаив дыхание, все трое всматривались в экран. Электронный луч ударил в ультратонкий образец клеточной материи, и на экране начал разворачиваться микроскопический мир.

– Это чей образец? – шепотом спросил Мияшта у Нэмото.

– Рюдзи Такаямы, – ответил тот.

Экран окрасился в зеленый цвет. Вот она – микровселенная. Нэмото повернул наборный диск, и по экрану понеслись клетки. Множество клеток, в глубине которых скрывался неизвестный вирус.

– Добавь увеличения, – сказал Мияшта. Нэмото тут же нажал на какую-то кнопку. Теперь микроскоп увеличивал изображение в 9000 раз.

Они еще раз прошлись лучом по образцу, чтобы точнее определить пораженные клетки. Цитоплазма слабо светилась. В ней плавали черные сгустки, образованные уже разрушившимися органеллами.

– Теперь направь на цитоплазму. Вверх и вправо. И добавь еще увеличения, – снова сказал Мияшта. На его лице плясали зеленоватые отблески – отражение пестрого мира умирающих клеток, – и от этого казалось, что оно отлито из меди.

Нэмото переключил микроскоп на увеличение в 16 000 раз.

– Еще!

Увеличение в 21 000 раз.

– Все. Хватит, – громко скомандовал Мияшта и мельком взглянул на Андо, который наклонился вперед, чуть ли не касаясь экрана лицом.