Он со вздохом потёр ладонью щетину на подбородке, и отвернулся, не удостоив меня ответом.

“А вот и они”, – неподалёку остановилась машина с характерными наклейками и мигалкой. Следом за ней парковалась карета скорой помощи.

*******

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в мою новинку:

🍁«После измен. Право на любовь» 🍁

Сначала я нашла след от красной помады на пиджаке мужа,

а потом в дом заявилась молодая и дерзкая красотка.

– Вы такая мышь! – посмеялась она.

– Да неужели?! – воскликнула я в спину непрошенной гостьи. – Лучше я буду серой женой депутата, чем яркой девицей по вызову!

У меня было всё: любящий муж, дом, работа, дочь - Ангелочек.

Но теперь все рушится… Я должна узнать правду!

И если муж предал – Не прощу!

#властный мужчина #измена мужа #эмоции на грани

#ХЭ не для всех

❤️ПЕРВАЯ ГЛАВА❤️

Роман публикуется в рамках

🍁 ЛИТМОБА «УЧИТЕЛЯ ТОЖЕ ЛЮБЯТ» 🍁

❤️ Чтобы не пропустить продолжение, подписывайтесь на мою страницу и не забывайте добавить книгу в библиотеку:)

За звёздочки и вдохновляющие комментарии – отдельное БлагоДарю! ❤️

Всех обнимаю)

Глава 6. Захар. Тот же день. Утро

– Захар, ты спишь там, что ли? – рявкнул отец на моё мычание, прогоняя остатки сна.

Посмотрел на часы, они показывали восемь тридцать.

– Уже нет, – поморщился. Отца мог выносить только дозированно. А слушать с утра было испытанием.

– За-а-рик, – сонно пихнула в бок Алина, – иди в кухню, дай поспать, – капризно сложила она губки.

Покосился на сочный персик, торчащий из-под одеяла… Но раздражение взяло верх.

– Ещё раз услышу “Зарик”, вылетишь отсюда в чём есть, поняла? – рыкнул на неё, прикрыв микрофон.

Отец нудно проговаривал детали семейного ужина, который был посвящён памяти нашего деда Валентина, и ежегодно проводился в день его рождения четырнадцатого февраля.

Я дал ему высказаться.

– Ну-у, – мило сморщила Алина носик, толкая меня в плечо стройной ножкой с красными ноготками. – Чего такой бука?

Вчера вечером у неё такой приём прокатил бы. Но за ночь я выпустил пар настолько, что её ухищрения не действовали.

– Па, да помню я про семейный ужин, что ты мне мозг с утра выносишь? Каждый год одно и то же: День святого Валентина превращается в поклонение нашему незабвенному деду, – не выдержал я.

А зря! Потому что с возрастом наш всемогущий отец становился всё менее сдержан.

– Не смей так говорить про деда! – рявкнул он так, что кукольное личико Алины вытянулось. – Забыл, кому мы обязаны всем, что имеем? Если бы не он, не было бы ни нашего холдинга, ни дома, ни твоих гонок! О них и машинах, впрочем, я с тобой позже поговорю.

– Пап! Да, что ты к словам цепляешься? – вздохнул я, косясь на Алину. Та томно изогнулась, рассыпав роскошные волосы по подушке. Спелые полушария бесстыдно целились в потолок розовыми вершинками. Не удержался, прикусил…

Взвизгнула, прикрываясь одеялом.

– Ты с кем там?! – недобро процедил отец. – Приведёшь её сегодня, познакомишь.

– Зачем, пап? ...

– Я сказал, придёшь с ней, – в голосе прозвучал металл.

– А то что?

– Узнаешь! – его голос звучал зловеще.

“Прям напугал”, – усмехнулся, откидывая одеяло. В глазах Алины загорелся огонёк.

– Надо – приведу, – решил, что отец по-другому не отвяжется.

– Тогда в восемнадцать. Без опозданий.

– Как скажешь, отец.

– А что, я бы познакомилась с твоей семьёй поближе, – Алина бесстыдно пялилась на меня.

– Сегодня тебе представится такой случай. Собирайся, – поднял с пола и кинул ей красную полоску платья, которая вчера так соблазнительно обтягивала её точёную фигурку.

– Уже? Ты же говорил, что до обеда свободен, – не спеша привстала она.

– Планы поменялись, – она раздражала ненужным уже кокетством. – Иди, Алина, не трать моё время.

– Ну, давай я кофе приготовлю, позавтракаем, – резко подскочила, и её упругая грудь взметнулась, подрагивая. Отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как настроение оттопыривает полу накинутого халата.

– Не надо, детка. Одевайся и уходи, – Алина нахмурилась, капризно собирая пухлые губы в пучок. – Чтобы я из душа вышел, и тебя здесь не было – так понятно?

– Да, понятно… – натянула узкую тряпочку, пряча под ней свои прелести, – что ты неотёсанный мужлан, Алмазов.

– В пять заеду, – смягчился, понимая, что незаслуженно обидел девчонку. – Только надень что-нибудь менее откровенное, чем это, – кивнул на платье. – В особняке зимой нежарко.

– А мы там ночевать останемся? – наивно похлопала она ресницами.

“У тебя что, память, как у золотой рыбки? – прикрыл глаза сдерживаясь. – Только взашей гнал – уже забыла, что обиделась”.

– Нет, мать твою! В родительском доме с жёнами спят. Неужели самой непонятно?

– А-а… Теперь понятно, – разочарованно скривилась она. – А что там тогда делать?