По дороге домой я взяла на себя роль диджея и врубила Helena (So Long & Goodnight) My Chemical Romance, и никто даже не возразил.

Когда мы подвезли Рида, Пейдж помогла ему подняться по лестнице в его квартиру с пакетами, а я осталась сидеть в машине, врубив кондиционер на полную мощность, присматривая за нашими «увядающими» покупками. Техас был жарким отродьем. Я была уверена, что наши сырные палочки превратятся в одно сплошное месиво, пока мы доберемся домой.

Даже при включенном кондиционере я обливалась потом от солнца, которое било сквозь лобовое стекло, и я едва не ослепла к тому моменту, как Пейдж открыла дверь.

— Бедняга, — вздохнула она, взглянув на открытую дверь Рида.

— Как он вообще обслуживает столики?

— Наш менеджер, ну теперь и твой, Лесли, дает ему всего три столика. Рид правша, так что кое-как справляется, но с трудом. Он даже не разрешил мне занести пакеты внутрь. Кажется, в этот раз его бывшая просто слилась.

Я подняла взгляд и увидела, как Рид подобрал оставшиеся пакеты с крыльца, где их оставила Пейдж, и зашел в дом.

Глава

Глава

7

I want You

Kings of Leon

Позже тем же вечером я, поддавшись чувству вины, отнесла Риду тарелку с ужином, раз он так и не появился. Пейдж сделала всё, чтобы внушить мне, что его отсутствие целиком и полностью связано со мной.

Даже в девять вечера жара делала короткую прогулку до его квартиры невыносимой. К тому моменту, как добралась до его двери, я буквально умирала от жажды.

Я стучала уже в четвертый раз, когда Рид открыл дверь — в одном полотенце, обмотанном вокруг бедер, а на его гипс был натянут пластиковый пакет из супермаркета. С горячей едой в руках, я проигнорировала шок от зрелища почти голого мужчины и протиснулась мимо него, чтобы поставить горячую миску на его стойку.

Еще одна волна шока прокатилась по мне, когда я окинула взглядом скудную обстановку: поношенный матрас в гостиной, где должен был стоять диван, старый, должно быть, телевизор десятилетней давности и единственное кресло на маленьком открытом балкончике.

— Я не говорил, что ты можешь войти. — В его голосе сквозила злость, когда он шагнул вперед, заслоняя мне обзор. Его грудь была четко очерчена мускулами и сплошь покрыта татуировками.

Я тяжело сглотнула, встречаясь с ним взглядом.

— Ну, либо ты роняешь это полотенце, берешь тарелку, и я вижу тебя голым, либо…

Он тут же выронил полотенце, и я невольно посмотрела вниз. На нем, к счастью, были боксеры. Я повернулась спиной и начала рыться в его шкафчике в поисках стакана. Они оказались пустыми, и я знала, что большинство его посуды — в раковине. Впрочем, в его защиту — посуда отмокала в теплой, мыльной воде.

— Мне просто нужно что-нибудь выпить, и я уйду.

— Как знаешь. — Он направился в сторону коридора, и спустя несколько секунд я услышала, как включился душ.

Инстинктивно я начала мыть его посуду, осматривая кухню. В ней совершенно не было ни жизни, ни цвета. Она напоминала дешевый номер в мотеле — только самое необходимое, — и это была еще щедрая оценка. Мусор был кое-как собран сбоку на маленьком, отделанном под искусственный гранит, островке напротив раковины, но я видела, что большая его часть была разбросана по полу — будто он пытался прибраться и в итоге психанул, когда что-то пошло не так. Я едва сдержала улыбку, доставая совок и щетку из его пустой кладовки: на голой пластиковой полке стояли только коробка хлопьев и лапша быстрого приготовления.

Я бросила взгляд на столешницу рядом с дешевой кофеваркой и увидела уведомление — последнее предупреждение на имя Рида Крауна. К его арендной плате был прикреплен штраф за просрочку в размере семидесяти пяти долларов. И ему угрожали выселением.

Семьдесят пять долларов? Вот ублюдки.

Я схватила рулон дезинфицирующих салфеток из-под раковины и оттерла столешницы, прежде чем вытащила мусор на крыльцо, чтобы забрать его, когда буду уходить. Мне пришлось ходить по кухне, намотав салфетки на свои конверсы, поскольку швабры у него не нашлось.

В этот момент он вышел из душа — с мокрыми волосами и каменным выражением лица, наблюдая за мной.

— Какого черта ты тут делаешь?

Его влажные волосы прилипли к голове; он обогнул стойку, одетый лишь в джинсы, плотно облегавшие бедра. Я заметила немного пены за его ухом, когда он бросил мокрое полотенце на островок между нами. Я подняла его и улыбнулась:

— Иди сюда.

— Э-э, нет. Ты собиралась уходить.

— О Господи. — Я прошла мимо него, чтобы найти ванную, и, как и ожидала, его спальня оказалась совершенно пустой. Там не было ничего, кроме разбросанных вещей, старой пластиковой вешалки и маленькой пустой коробки от старого телефона. Всё выглядело так, будто Рид просто обосновался временно в чужой квартире. В его ванной, которая на удивление была чистой, я взяла шампунь и направилась обратно на кухню.