— Сядьте на свои места, ибо вы даже не представляете, куда сейчас катится наша Вселенная! — громогласно приказала Кессия. — Весь наш мир культиваторов плоти был одурачен, и Родословную Еретического Бога хотели нагло украсть! Я сделала все, чтобы не дать врагу заполучить такой ценный ресурс. Из-за ранений я фактически только недавно смогла вернуться назад, — на одном дыхании выдала она.

Последние слова вылетели из уст Кессии, но не встретили тишину. Внезапно раздался вызывающий и соблазнительный женский смех:

— Какая сила и грация! Ха-ха-ха... — донесся голос со стороны входа в храм. — Давно я не видела тебя, сестрица Кессия. Говорят, ты в последнее время лютуешь, даже убила своего любимого братца... — словно провоцируя, добавила она.

Сразу следом прозвучал более грубый и даже рокочущий мужской голос:

— Наша вселенная находится в опасности? Хмм... В последние тысячелетия мы также встречаем множество дурных вестей, особенно пытаясь уничтожить Мастеров Химер. Видимо, ты можешь рассказать нам больше...

Услышав подобное, все тотчас повернулись к главным воротам, смотря, как появляются две последние фигуры.

Две фигуры, не спеша, вошли в зал, их силуэты четко выделялись на фоне мерцающего пространства, искривленного аурой Кессии. Первая — высокая, соблазнительная женщина с перепончатыми крыльями, которые тянулись за ее спиной. Она выглядела как воплощение похоти: ее кожа имела легкий красноватый оттенок, переливающийся в мерцании факелов, а черные волосы спускались каскадом до самых бедер. Два маленьких рога на ее лбу подчеркивали ее истинную природу — суккуб. Она двигалась с грацией соблазнительницы, но в каждом ее движении читалась опасность. Ее глаза блестели насмешкой, как будто она играла со всеми присутствующими.

— Как же я скучала по этим собраниям, — произнесла она, лукаво улыбнувшись, и ее голос прозвучал, словно сладкая отрава, проникающая глубоко в души тех, кто осмеливался взглянуть в ее глаза. — После твоей пропажи, сестрица Кессия, мы больше не собирались в этом зале...

Сказав это, суккуб перевела взгляд на упыря и с насмешкой выдала:

— Вы сегодня без собрата, Пожиратель Иссушающей Пустоты? Ааа... Точно... Кессия ведь убила его примерно тысячу лет назад... Какая жалость! Ха-ха-ха!

Но к удивлению, упырь не проявил недовольства или резкой реакции. Он только ухмыльнулся и ответил:

— Я уже давно обговорил этот момент с Пожирателем Десяти Начал Асуры. Она предоставила мне убедительные доказательства того, что он был предателем всего нашего мира. Более того, благодаря им, я смог провести чистку в рядах Культа Первородной Крови. Сегодня я буду поддерживать все, что она нам поведает.

Такие слова заставили остальных украдкой переглянуться. Все здесь были высшими мастерами, поэтому точно не будут говорить подобные слова понапрасну.

Следом в зал вошел старик, поразительно контрастировавший с ослепительной красотой суккуба. Низкий, согнутый в плечах, он выглядел так, словно его тело состарилось века назад, но не теряло своей силы. Его зеленая кожа была покрыта панцирными пластинами, напоминающими черепашью броню, а массивный панцирь на спине усиливал сходство. Старик опирался на странную трость, которая заканчивалась спиральным изгибом, будто закручиваясь в нескончаемую воронку. Его глаза блестели мудростью, а движения, хоть и медленные, но вызывали ощущение скрытой силы, дремлющей внутри его старческого тела.

— Вот мы и снова собрались, — с грубым рокочущим голосом произнес старик, ударяя тростью об пол. — Разговоры о грядущих катастрофах всегда веселят меня... Но на этот раз все серьезнее, не так ли, Кессия? — его взгляд был тяжелым, наполненным любопытством и подозрениями.

Оба новых присутствия в зале сразу ощущались как древние существа, повидавшие множество эпох. Их силы были очевидны — каждый мастер мог почувствовать ту древнюю ауру, которая исходила от них, словно они были частью самого мира.

Кессия встретила их хладнокровным взглядом, ее аура даже не дрогнула, несмотря на появление столь могущественных личностей. Сейчас она была сильнее любого присутствующего, и каждый это чувствовал.

— Вы, как всегда, правы, Пожиратель Нерушимого Панциря, — ответила она, и ее голос начал становиться все спокойнее. — В этот раз все иначе. Наступают времена, требующие от нас объединения... Давайте займем свои места, и я все вам расскажу.

Слова Кессии одномоментно потушили напряжение, что витало в воздухе. Ее спокойный, уверенный тон поглотил зал, как неумолимая сила, и даже самые упрямые из присутствующих почувствовали, что спорить бессмысленно. Ауры, что раньше сражались друг с другом, начали угасать, затихая под весом ее слов. Каждый мастер понял, что, по крайней мере, нужно выслушать ее.

Цилинь, все еще немного раздраженный от столкновения с Кессией, кивнул и медленно направился к своему трону. Рухх, хоть и сдерживала внутреннюю ярость, тоже не стала оспаривать ее силу, присев на трон, ее крылья свернулись в подобие мантии, и шторм утих.