— Нет. Для меня все стало на свои места, когда мы попали в тот древний карманный мир. В Области Доминации Плоти никогда не говорилось о какой-то войне, и наши мастера никогда не готовили восстание. — Отрицательно качая головой, ответила она.

— Но как такое возможно? Раз первый Еретический Бог как-то выжил после войны, почему никто ничего об этом не знает? Почему все забыли? — Хмурясь, продолжил Кай.

— Борьба за родословную Еретического Бога происходит в его дворце. Все тайны спрятаны в его личных покоях, куда может войти только существо унаследовавшее его кровь. Я не успела этого сделать, ибо меня предали. Как только я заполучила родословную Еретического Бога — меня атаковали в спину и я едва успела спастись. Если ты сможешь выжить и впитать всю родословную Еретического Бога, тогда у нас еще будет шанс выяснить правду. А сейчас решай! — На одном дыхании произнесла Кессия, не вдаваясь в лишние подробности.

Услышав подобный ответ, Кай нахмурился, понимая, что в его уме родилась целая вереница новых вопросов. Будто бы он с самого рождения шел по пути открытия невероятной загадки. Загадки, охватывающей все мироздание, и ответ которой кроется в глубокой древности... У самих истоков Вселенной!

— Кессия, прости, что отнимаю у тебя такую ценность. Я... — Начал говорить Кай, но его тут же прервала королева.

— Сейчас не время для этого! Я уже сказала, что я добровольно отдаю тебе родословную Еретического Бога! Я готова умереть с тобой, Кай! Если же мы выживем и ты восстановишь мое тело — тогда будешь меня защищать, пока я самостоятельно не восстановлю свою культивацию! — Со всей серьезностью выкрикнула Кессия.

В момент, когда их глаза встретились, мир вокруг них словно остановился. Сердце Кай, бьющееся в унисон с сердцем Кессии, отзывалось каждым своим ударом на ее жертвенность и готовность идти на все ради него. Этот момент, казалось, затмил все обещания и границы, которые они себе устанавливали ранее. Воздух вокруг них наполнился электричеством невысказанных чувств, пульсируя в такт их ускоренному дыханию.

— Кессия, я... — начал Кай, но слова утонули в том ощущении, что зародилось между ними, когда он коснулся ее лица. Его пальцы дрожали, касаясь ее кожи, как если бы они впервые касались чего-то бесконечно драгоценного и хрупкого.

— Я знаю, Кай, я тоже... — едва слышно ответила Кессия, и ее слова стали для него последним толчком. В этот момент они оба поняли, что невозможно дольше притворяться, что их чувства могут быть удержаны в рамках.

Кай медленно наклонился к ней, и их губы встретились в нежном, но страстном поцелуе, который стал выражением всего невысказанного. Поцелуй был мягким и осторожным, словно они боялись разрушить хрупкую магию этого момента. Но чем дольше они целовались, тем сильнее становился их поцелуй, глубже и требовательнее. Они оба забыли обо всем на свете, кроме ощущения друг друга рядом. Это было даже в своем роде абсурдно, так как в этот же момент физическое тело Кая пожирал маниакальный скелет, отрывая целые куски плоти и мерзко пережевывая ее.

Этот поцелуй стал для них обещанием и пророчеством, словно скрепляя их души навечно, вопреки всем опасностям и препятствиям, которые могли их подстерегать впереди.

Воздух вокруг них вибрировал от напряжения и эмоций, которые они накопили за столько времени, скрывая свои истинные чувства. И когда они наконец отстранились друг от друга, чтобы посмотреть в глаза, в их взглядах читалась не только глубокие чувства, но и непоколебимая решимость пройти вместе через все испытания, что впереди.

Этот момент переосмыслил все их предыдущие взаимоотношения, переплетая их судьбы еще теснее. Обещание, что независимо от того, что принесет им будущее, они будут стоять рядом, готовые к любым вызовам.

— Давай начинать. Я доверяю тебе свою жизнь! — Искренне произнес Кай.

— Как и я тебе. — Кивая, ответила Кессия. В то же мгновение, прямиком из пола, начала подниматься алая книга.

Книга, будто ожив, мягко приземлилась в руки Кессии, ее обложка источала искры древнего могущества, ощущаемые даже на расстоянии. Собрав всю свою волю в кулак, королева открыла ее, и страницы начали перелистываться сами по себе, останавливаясь на определенном разделе. Символы и знаки танцевали перед их глазами, словно живые существа, зовущие к себе. В этот момент атмосфера в комнате стала насыщаться мощью, вибрируя от ожидаемого перехода древнего наследия.

Кессия, подняв руки над книгой, произнесла древние слова, которые звучали как музыка, наполненная мощью и глубиной. Слова были на непонятном языке, но их суть была ясна и Каю, и самой Вселенной. Она призывала к началу переливания родословной Еретического Бога!

— Дум! — По всему Духовному Морю прокатилась волна ужасающей силы.