Немного расслабившись, Шуо начал рассказывать свою историю. С момента, когда Кай покинул низший мир, он продолжал свою практику и совершенствование, опираясь на знания и силу, переданные Каем. Его решимость и постоянство позволили ему достичь Сферы Ядра, что было невероятным достижением.

— Эти годы были непростыми, но твое наследие и поддержка Мастера Мо помогли мне не сдаваться. — продолжал Шуо, — Когда Мастер Мо стал Патриархом Секты Тени, он оставил после себя настоящую эру мудрости и силы. Его руководство помогло нам пройти через многие трудности.

Мастер Мо, слушая, улыбнулся и добавил:

— Я всегда знал, что Шуо способен на большее. И когда пришло время, я с удовольствием передал ему руководство Сектой Тени. Хотя мои силы иссякают, мое сердце полно радости, видя, как вы оба растете.

Они пили и смеялись, вспоминая моменты из прошлого и обсуждая изменения, которые произошли в их мире. Кай внимательно слушал их рассказы, чувствуя, как в его сердце снова и снова пробуждается чувство гордости за своих брата и дедушку.

После того как Кай отправился исследовать высшие миры, его старые друзья и товарищи по оружию продолжили свои собственные пути культивации, достигая различных вершин и преодолевая трудности.

Мастер Мо все же смог пробиться в Сферу Ядра. Его недолгий период правления как Патриарха Секты Тени ознаменовался мудростью и справедливостью. Однако последствия старых ран и накопившаяся усталость не позволили ему достичь идеала в прорыве, которого он так стремился достигнуть. Признав свои ограничения, он передал свою должность Шуо. Мо, тем не менее, нашел спокойствие и удовлетворение, продолжая жить в стенах Секты Тени, где он мог следить за ростом и развитием своих учеников.

В первые годы Старик Мо помогал Шуо с многими вопросами, но со временем, все руководство сектой полностью перешло на Шуо. Более того, главным в Секте Меча стал Аоки, и другие секты также управляются представителями поколения Кая. Таким образом, у Шуо были хорошие отношения почти со всеми нынешними правителями Небесного Континента и Нечестивого Континента.

Но были и грустные моменты... Мастер Мо, чувствуя приближение конца своего пути, желал лишь одного — в последний раз увидеть своего внука, Кая...

— Я уже долгие годы поддерживаю жизнь пилюлями. Фактически, я просто живой труп. Хе-хе. — Смеясь, произнес Мо, делая большой глоток вина.

— Дедушка, не говори глупости. Я предоставлю тебе такие пилюли, что ты буквально сможешь переродить свое тело! — С уверенностью выкрикнул Кай, даже не желая слушать весь этот бред.

Но следующие слова повергли Кая в шок и даже обескуражили! Старик просто засмеялся и спокойно произнес:

— Я не хочу этого, мальчик мой. Моим последним желанием было увидеть тебя. Это единственное, что заставляло меня продолжать жить. Я уже давно готов к вечному покою и завершению своего пути. Мне больше незачем стремиться к вершинам культивации. Как я и сказал ранее — я даже не хочу знать об истинной величине Вселенной. — С уверенной и искренней улыбкой объяснил он.

Недавно Кай хотел рассказать о своих приключениях, но Мастер Мо его остановил. Старик настоял, что хочет просто насладиться моментом обыденности и спокойствия с Каем. Он предложил, чтобы Кай рассказал о всех чудесах мира только Шуо, вот только не в этот вечер.

В этот момент слова Мастера Мо проникли в самую глубину души Кая, вызвав серию прозрений о концепте Жизни и Смерти. Всю свою жизнь стремясь к бессмертию и могуществу — Кай видел Смерть, как врага, как препятствие на пути к вечности. Однако в словах Мастера Мо отразилась другая философия... Смерть — как завершение пути, как неизбежный и, в определенном смысле, желанный итог долгой жизни.

Мастер Мо не боялся Смерти... Он принимал ее как старого друга, который приходит, чтобы напомнить о цикличности бытия. Это смирение перед лицом вечности, радость от осознания завершенности своего пути и благодарность за все пережитое — взгляд на жизнь, который Кай до сих пор никогда не рассматривал.

Смерть для Мастера Мо не была концом, а скорее следующим этапом существования, путешествием в неизведанное, где знания и достижения мира культивации уже не имеют значения. Он не искал утешения в бессмертии, ибо понимал, что истинное значение жизни не в ее продолжительности, а в моментах, проведенных с любимыми; в уроках, которые были усвоены; и в изменениях, которые он смог принести в мир.

Этот взгляд на жизнь и смерть, как на единый процесс, где смерть — не окончание, а лишь очередной переход, заставил Кая переосмыслить свои представления. Вдруг он увидел, что стремление к вечности не должно затмевать красоту и ценность каждого момента жизни. Что важность жизни не в ее длительности, но в глубине переживаний и уроках, которые она приносит.

В ответ на эти слова Мастера Мо, Кай на мгновение замолчал, ощущая диссонанс. Он ощущал диссонанс — грусть по поводу неизбежности прощания с любимым мастером и благоговение перед его мудростью и смирением. После минуты молчания Кай только кивнул в знак уважения и принятия.