За спиной Мурадура мгновенно сформировался силуэт ужасающего призрака женщины, будто бы сотворенного из ветра. От него исходила ужасающе ядовитая аура, отравляющая воздух вокруг. Очевидно, что это было проявление его энергии!

В тот же миг возле его подчиненных также начали формироваться разнообразные силуэты, заполняя их половину зала ужасающе ядовитой энергией! Каждый из них готовился атаковать противника!

Смотря на это, Кай только ухмыльнулся и мысленно произнес:

“Удачи в ваших потугах. С усилением пилюли вам не пробить мою Броню Энтропии.”

Как только эта мысль промелькнула в его уме, он тут же бросился в толпу врагов. В свою очередь, в него полетела сотня ядовитых техник!

С каждым шагом Кая тронный зал наполнялся гулом и ревом разламывающегося пространства. Техники, запущенные мастерами, представляли собой смертоносное зрелище: змеи, шипастые драконы, косы пропитанные непонятными субстанциями и десятки других вариаций воплощений яда пронзали воздух, направляясь к Каю. Были даже такие проявления энергии, что выглядели весьма привлекательно, будто маня к себе, но при этом скрывая всепоглощающее желание убийства. Но перед его Броней Энтропии все эти техники казались лишь дождем, слабо стучащим по листу.

Когда сотня мастеров запустила свои ядовитые техники в направлении Кая — тронный зал превратился в вихрь смертоносных и ядовитых бурь.

Из рук одних мастеров вверх поднимался смерч, но не обычный, а состоящий из зеленого тумана, который, расширяясь, заполнил весь верхний слой зала, превращая воздух в ядовитое облако. Другие мастера рождали стаи существ, чьи когти и чешуя мерцали на свету. Каждое из подобных несло смертельный яд, готовясь ужалить Кая при первой возможности.

Некоторые из мастеров объединили свои силы, создавая мощные ядовитые водовороты, которые засасывали все на своем пути, оставляя после себя лишь отравленные руины. В то время как другие создавали ядовитые стрелы, которые с величественной грацией и высокой скоростью пускались в погоню за Каем.

Тронный зал заполнился диким, но завораживающим свечением разных оттенков зеленого, черного и желтого. Они казались танцем смерти, который исходил от множества ядовитых проявлений. От каждого удара, каждого взрыва техники, в воздухе разносился запах отравленной гибели или обманчивой слабости.

Но Кай, видя этот ядовитый шквал нападений, не утратил спокойствия. Его разрушительная энергия усиленная энтропией создавала вокруг него броню, которая превращала яд в ничто при касании. Каждое его движение было решительным и быстрым, словно молния. Он пробивался сквозь ядовитые туманы, уклонялся от стрел, разрушал водовороты одним махом руки и разносил змей своими ужасающими когтями.

Кай бросился вперед, сталкиваясь с первыми мастерами на своем пути. Его движения были точны и легки, словно танец. Каждый удар был смертельным, каждое движение забирало жизни. На его пути оставались лишь опустошенные тела, глаза которых все еще выражали неверие и страх.

Каждое движение Когтей Энтропии разрушали любую защиту противника, разрывая тех на куски. Кровь разных оттенков разлеталась по всему залу, сразу следом меняя траекторию и отправляясь в тело Кая. Все выглядело так, будто бы дикий зверь ворвался в обычный курятник, играя со своими жертвами и раскидывая их по округе.

Мурадур, стоял возле своего трона, словно прикованный, наблюдая за разорением своих лучших мастеров. Ужас, который он чувствовал, не был связан только с физическим страхом за свою жизнь. Он понимал, что смотрит на катастрофу своего мира — на поражение Группировки Ветра Миазм и целой эпохи его правления. Этот момент стал символом конца его власти и величия. Ощущение беспомощности и исчезновения веры в собственную силу накатило на Мурадура, заставляя его сердце замереть от удушающей боли.

В то время как другие мастера пытались объединить свои усилия, чтобы остановить Кая, их атаки, какими бы смертоносными они не были, теряли свою силу. Прикасаясь к защите Кая, они испарялись, словно капли воды на раскаленной сковороде. Кай, словно демон среди смертных, прокладывал свой путь, уничтожая противников одного за одним.

Он пробивался через толпы, принимая на себя десятки, а то и сотни ядовитых атак, которые приносили ему только легкий вред. Он жутко смеялся над их попытками, пока его когти не достигали своей следующей жертвы, приводя ее к неминуемой смерти.

Постепенно мастеров Группировки Ветра Миазм становилось все меньше и меньше. Те, кто был ранен — ощущали как из их тела принудительно высасывают кровь, постоянно ослабляя их. Зал, недавно еще сверкающий множеством ядовитых техник, теперь стал намного тише, заполненный лишь эхом смерти и стонами раненых.

Кай остановился, оглядывая поле битвы и обращая взгляд на Мурадура. Красные глаза были холодными и безжалостными. Мурадур чувствовал, что его время пришло, и глубокий экзистенциальный ужас наполнил его душу. Он осознал, что встретившийся ему противник станет его последним врагом!