- Нет, ну опять мычит! - снова забухтела старшая. - Чего тебе надо? Иди к чертям в свою комнату, чтоб глаза мои тебя не видели!

Так, значит, мне здесь выделили комнату. И где она? Надо будет осмотреться, а потом бежать. Даже если они живут в какой-то глуши, должна же я в конце концов дойти до цивилизации! Может, дорогу найду, а там машину поймаю.

Дойдя до двери, я повернулась и снова подала голос.

- Ну чего на этот раз?

И как им показать без слов, что я понятия не имею, куда идти? Я просто развела руками и покрутилась то вправо, то влево, вопросительно приподнимая брови.

- Кажется, она не знает, куда идти, - сообразила девушка.

- Как это? - опешила тетка.

- Ну она же головой сильно ударилась. Может, у нее память отшибло? - предположила младшая.

Быстро сообразив, я активно закивала головой. Пусть думают, что я потеряла память, мне же проще будет.

- Пойдем, я отведу тебя, - девушка пошла впереди меня, и вскоре мы подошли к неприметной двери. - Вон там общая уборная, - ткнула она пальцем в конец коридора. - Если ты не помнишь, тебя зовут Лиска. Здесь, во флигеле, у нас гладильня, где ты и работаешь. И живешь здесь же, почитай, с малых лет. А меня зовут Мара.

Я уставилась на нее, пытаясь переварить услышанное. Либо я сошла с ума, либо передо мной разыгрывают целое представление. Но зачем?

Оставив меня у двери, Мара пошла обратно, а я осторожно заглянула внутрь. Ну что, комната как комната, обжитая и маленькая. Кровать, стул, небольшой грубо сколоченный столик и шкаф - вот и все убранство. На узком зарешеченном окне висит короткая тряпочка, видимо, призванная выполнять функции шторки. На стенах для украшения - вышивки, вставленные в рамочки. В общем, деревенский быт во всей красе.

Заглянув в шкаф, нашла несколько таких же платьев, юбок и кофточек, как и у тех женщин, которых я сегодня уже видела. Все серо-сине-коричневое и неприметное, еще и ношеное. А потом неожиданно отыскала в углу красное платье.

Вытащив его, я обнаружила, что хоть эта вещица приличная на вид и абсолютно новая! Стиль, похожий на бохо, приталенное, со свободно спадающей широкой юбкой от бедер, оголенные плечи со сборкой по зоне декольте и рукавам. Правда, подол длинноват, но выбирать не приходится. Очень уж хочется снять тот серый балахон под горло с длинными рукавами, который я увидела, когда скинула с себя покрывало и встала с кровати. А еще не помешало бы повстречаться с белым другом и хотя бы слегка ополоснуться. Почему-то я чувствовала себя грязной. Хотя, кто знает, сколько в итоге пробыла без сознания. Могло пройти несколько дней.

Дойдя до уборной, я обнаружила помещение, поделенное на две части. В одной оказалось что-то вроде крана с рычагом, который нужно было нажимать, чтобы потекла вода, а в другой… в другой просто дырки в каменном полу вместо нормальных унитазов. Нда…

Закрывшись изнутри, стянула с себя унылую серую тряпку. Странно, очень странно. Я всю жизнь была стройной, но не настолько, чтобы по мне можно было анатомию изучать. Видимо, я все же долго пролежала в беспамятстве, раз так исхудала. Даже грудь пропала, вместо уверенной двоечки с плюсом хорошо если единичка. Да уж, долго придется восстанавливать здоровье. Бежать надо отсюда, немного оклематься после отравления и бежать!

Приведя себя в порядок, я натянула красное платье и вышла в коридор.

- Матушка небесная, это что творится! - послышался вдруг возмущенный голос дородной тетки. - Ты куда так вырядилась-то! Ты… Ты вообще как додумалась на себя такую вещь напялить, с твоими-то уродствами!

«Сама ты уродка!» - хотела огрызнуться я, но снова ничего не вышло, кроме идиотского мычания. Поэтому лишь гордо задрала подбородок, собираясь пройти мимо.

- Ты себя в зеркало-то видела? С ума сошла такое на всеобщее обозрение выставлять!

Эта дородная бабища вдруг цепко ухватила меня за руку и потащила в гладильню.

- Вот, смотри на себя, красавица! - расхохоталась она. - Платье она нацепила какое! Тьфу!

Она что-то еще злобно и язвительно выговаривала мне, но я ее уже не слышала. Я во все глаза смотрела на свое отражение в идеально отполированной металлической пластине на стене. Вернее, совсем не на свое!

Из «зеркала» на меня смотрела невысокая худенькая девушка лет восемнадцати… с ужасными ожогами на правой стороне лица, которые шли от коней волос до подбородка и спускались на шею, захватывая ее всю, и ключицы. Левую сторону лица покрывали давно зажившие порезы. Господи, что это такое?!

- Насмотрелась, красота неописуемая? - ржала рядом сволочная баба. - А теперь иди надевай свой обычный балахон и не вздумай больше пугать людей этим безобразием!

Быстро вытолкав меня в коридор и захлопнув дверь, она еще долго смеялась и поносила меня на все лады перед своей помощницей. А я медленно побрела в сторону комнаты, пытаясь осознать, что увидела минуту назад.