Мы все потянулись вслед за Арэтом.

Оказавшись возле артефактов, с затаенной грустью их рассматриваю. Скоро я встречусь со своей Шанни, и я очень боюсь, что… она меня помнит.

Глава 2

Мое отношение к Шанни мой главный стыд и боль. Больше всего чувствую себя виноватой перед ней. Если она помнит, я не смогу смотреть ей в глаза.

Наблюдаю за тем, как Арэт заходит в свои врата. Ободряюще ему машу. Артефакт представляет из себя большой каменный круг на земле, высотой примерно по колено. Круг испещрен древними магическими символами и искусной резьбой.

Как только все четыре претендента на фамильяра встают в центре своих кругов, над вратами поднимается купол. Он похож на мутную водную пленку, по которой то и дело идет рябь. Снаружи можно различить только силуэт стоящего под куполом человека, и там в этот момент творится истинная магия нашего мира.

В этот раз ритуал завершается достаточно быстро. Кто-то завершил быстрее, кто-то пробыл под куполом был дольше, но в целом заняло все не больше десяти минут.

Когда купол спадает, разлетевшись мелкими брызгами, вижу совершенно счастливого Арэта, рядом с которым стоит крупный фамильяр огненного типа, шкура зверя, отдаленно напоминающего гончего пса ярко пылает, но потом фамильяр чихнул, и огонь на его шкуре потух, и фамильяр стал коричневым, с красным отливым. Почти не отличишь от обычного пса, только что больше обычного, и в глазах отблески пламени. Но глаза добрые, умные, мордаха жизнерадостная.

– Его зовут Флэйм, – с гордостью сообщает Вингсворт, регистратору имя своего фамильяра.

Аристократы, сидящие на установленной перед вратами трибуне зааплодировали, отмечая то, что фамильяр Арэта действительно хорош. Среди аплодирующих сам король и его наследник.

Встретилась взглядом с Оуэном. Веселится. Флэйм не настолько меньше Эррау, чтобы принц так радовался. С трудом сдержалась, чтобы не показать принцу язык. Флэйм в этот день будет третьим по величине, после фамильяров Райана и Беллы, так что результат и правда отличный.

Флэйм удостаивается огромного внимания. Его все хотят погладить и поближе рассмотреть. Регистратор измеряет размеры фамильяра и поздравляет Арэта, сообщая, что за последние три дня его фамильяр самый крупный из всех. Вингсворта громко поздравляют.

Дальше потянулась череда других студентов. Идут не по званиям и регалиям, а исключительно по жеребьевке. Сегодня мне даже тот же номер в очереди выпал, хотя я старательно ворочала бумажки с номерами. Буду в числе последних. У меня мурашки по коже от того, насколько неумолима может быть судьба. Наверное, я очень смешу ее своими попытками что-то изменить.

Днем в круг артефакта врат зашла Белла. Когда купол в ее круге распался, толпа ахнула. Рядом с Милн белоснежная олениха. Она сияет так, что глазам больно. Белла погладила ее шею, и яркость зверя перестала быть такой невыносимой. Сама Белла словно и не изменилась, наверное, потому что и так была красива и гармонична, но теперь кажется, будто она сияет изнутри.

Многие, кто сейчас видят Милн, стали опускаться на колени. Это дань уважения. В мире появилась пресветлая. Ее фамильяр, выше Эррау, хотя и не такой крупный и массивный, но дело не только в размере. Фамильяр этого типа считается лучшим в борьбе с любой темной материей, будь то магия или темные фамильяры. Очень сильный световой зверь. Сильный именно в своей возможности бороться с темными силами.

В той другой реальности, когда я увидела фамильяра Беллы, у меня внутри все опустилось, тогда я сразу осознала, на чье стороне будут симпатии короля, любителя сильных или редких фамильяров. Что я буду уступать Белле в столь важном параметре, как фамильяр, и это станет ее преимуществом в глазах Оуэна, но в тот момент у меня еще оставалась надежда, что и меня будет достаточно крупный фамильяр. Надежда была отчаянной, сильной, и тем сильнее потом разочарование.

В этой реальности я радостно хлопаю и выкрикиваю поздравления Белле. Как только пресветлая выходит из круга и отмечается у регистратора, представив фамильяра, как Ламин, то тут же бросается к стоящему рядом со мной Райну. Буквально падает его в объятия, обнимает за шею. Из голубых девичьих глаз льются светлые слезы. Трогательная и нежная картина. Только темный стоит как истукан, даже не обнимет Беллу. А потом еще и фыркает, отмечая, что ему теперь не по статусу обнимать настоящую пресветлую. Редкость и драгоценный дар для всего королевства. И добивает напоминанием, что сейчас нарушаются все возможные правила этикета, и они еще не жених с невестой, чтобы обниматься на людях.