Но зеркал в палате нет. Никто не позаботился принести мне зарядное на телефон. Я бы хоть сфоткалась...

Никогда не любила свое лицо. Боже, какая же я была дура! У меня были чудесные глаза и улыбка. Разве этого было мало?

Придерживая корсет на ребрах, ложусь на спину. Смотрю в потолок. Перевожу взгляд на стойку с капельницей. Мне хочется ударить мужа ей. Первый раз в жизни хочется ударить его!

А еще, я надеюсь, что это просто такая версия мужской истерики. Он просто в шоке, да? Истерика сейчас пройдёт. И Костя зайдёт ко мне, скажет, что все хорошо. И он обо всем позаботится. Не за внешность полюбил - это же не оскорбление, да?

В последнее время у нас было не очень. А когда было хорошо?

Почему я вышла за него вообще? Напомните мне, дуре? Помимо того, что Костя умел ухаживать и был первым красавцем на факультете? Ну... Костя был... упорядоченный и "безопасный". Мой отец - нет. А Костя был такой безопасный, такой правильный... Именно то, чего мне не хватало.

Заходит не муж, а Линар Александрович.

- Я все слышала... - мычу я.

Говорить в моей "железной маске" не просто.

- Кто тебе разрешил вставать?

- Не отвлекайтесь. Что там? Я урод?

- Не урод, нет. Это все будем завтра снимать. Все у тебя на месте - нос, челюсти, скулы, брови, мы тебе даже прикус подправили, но есть нюансы.

- Нос - это конечно спасибо. А нюансы - это то, что он на лбу?

- То, что он без горбинки. Пришлось брать из ребра ткани, чтобы восстановить его. Я покурю в окно, ты не против?

- Курите...

Можно прямо в меня! Самое время начать.

Накрывает меня вторым одеялом. За окном снежно... Чувствую поток свежего воздуха.

Промаргиваю слезы.

- Не сметь рыдать, - строго. - У тебя шов на веке.

Шмыгаю стойко носом.

- Короче, так... Супруг твой на пластику не настроен. Очереди по квоте ты будешь ждать ни один год. У меня есть сомнительное предложение, коллега.

Я заканчивала мед. Наверное, ляпнула под наркозом?

- Жгите.

- У моих ординаторов практика. Я могу им выложить тебя как экспериментальный образец для проб и набивания руки. Прямо завтра.

- Супер. Все-таки, Франкенштейн. Один глаз будет азиатский, второй с поволокой, потому что на него уронили скальпель. Да?

- Ну... Не исключено. Но я обещаю, что буду следить за каждым штрихом. Ты напишешь согласие на это. Отказ от претензий за результат. С тебя возьмут деньги только на реабилитацию.

- Сколько?

- Примерно триста. Если будешь заживать без приколов, то сумма уменьшится. Будут осложнения, увеличится.

В этот момент все приличные женщины должны снимать с пальца обручальное кольцо с бриллиантом. Грустно отдавать доктору, сообщая, что это покроет все расходы. Но мое кольцо из белой керамики. Это показалось Косте нежнее и оригинальнее золотого с бриллиантом. Да и то лопнуло при аварии. Начнёшь тут понимать восточных женщин. Которые без махра замуж ни ногой!

- Мужу сообщать не советую. Отговорит.

- Почему?

- Потому... - с ноткой недовольства.

- Я, увы, безработная сейчас.

Муж убедил уйти с работы.

- И в ближайшее время вряд ли меня куда-то возьмут. Или вы знаете вакансии для Франкенштейнов?

- Поищем... А, кстати... Есть у меня один вариант, - щёлкает пальцами. - Если опять же, будешь заживать без приколов.

- Клянусь, не прикалываться с этим! Хороший вариант?

- Нет. Отвратительный. Но платить будут нормально, если удержишься.

- А что там?

- Уход за большим домом и... "питомцем" с дурным характером.

Он так произносит "питомцем"...

- Чудовищем каким что ли? - подозрительно пытаюсь скосить глаза.

- Таки да. Чудовище серьёзное. Ты должна будешь не попадаться ему на глаза. Не нарушать его пространство. Ничем не раздражать. Чтобы он не ощущал тебя в доме.

Трогаю опять пальцами лицо.

Не попадаться на глаза отныне моё новое кредо.

- Я согласна.

Глава 2

Мои волосы стянуты наверх. И спрятаны под сетку. Уши как малиновые вареники. За ними чёрные опухшие швы. Лицо как шар! Две операции подряд. Заживаю "без приколов". Но Линар Александрович словно не очень доволен.

Да и так орал на ординаторов после операции... Я отходя от наркоза все слышала, да-да! Так орал и витиевато обзывал их , что наверное, нет смысла ожидать красоту. Будет уже как будет. Претензий к результату у меня "нет".

Но все еще есть надежда.

- Здесь перетянули, конечно. Сидоренко, чтоб ее... Фантазии мне здесь свои про "лисьи глазки"... - ворчит Линар Александрович. - И здесь тоже. Это уже Лапин. Отнял у тебя лет пять...

- Жизни? - выдыхаю испуганно.

- Тьфу ты... Возраста! Но в целом, отлично.

- Отлично?.. - всхлипываю, вспоминая свои вареники и черные уродливые нити, торчащие как щетина в районе ушей.

- Ну-ка, не реветь! Отлично заживаешь.

- А губы зачем? Целые же были губы.