Наверное, я тогда перегнула. Наверное. И, через неделю, когда я опять решилась прийти к нему, захватила с собой пирожки. Называла это подношением ярости своего бога, но понимала, что как раз на пирожки ему будет плевать. Но сигареты или алкоголь мне бы не продали. Да и Авогадро навряд ли у меня что-нибудь примет.

Вот только, когда я постучала в дверь его салона и Авогадро вышел, я сжалась всем телом. Ожидала того, что опять сейчас полечу куда подальше, но мужчина неожиданно смерил меня уставшим взглядом. Затем сказал войти.

Такое происходило впервые. И я даже растерялась. То есть, я привыкла к тому, что меня вышвыривают из салона, но чтобы приглашали войти…

Когда я наконец-то вспомнила, как двигаются ноги и вошла в салон, Авогадро опять смерил меня взглядом и произнес то, что я никогда не забуду:

«Никогда не думал, что возьму себе ученика. Тем более, вот такого»

Я испытала тот шок, который невозможно описать никакими словами. Сто раз переспросила точно ли он возьмется за мое обучение, а затем прыгала по его салону. Визжала от радости.

Позже я узнала несколько вещей. Во-первых, характер у моего бога еще хуже, чем я предполагала. Он часто бил меня по рукам. Иногда доходило до подзатыльников, но, если учесть то, что я пришла к нему вообще без какого-либо опыта, Авогадро часто что-либо не нравилось. Он произносил в мою сторону много ругательств. Говорил, что я могу в любой момент уйти, если мне что-то не нравится.

Но черта с два я бы это сделала. Да и, конечно, не хотелось этого признавать, но Авогадро даже учителем был талантливым. Я быстро училась.

Во-вторых, он дал мне понять, что в будущем, даже если я смогу делать несколько татуировок в день, лучше ограничиться одной работой на неделю. Или около того. И очень тщательно выбирать клиента. Иногда работа ценится своей эксклюзивностью и редкостью. Мне следует стать той, чью работу будут желать так же, как самую ценную драгоценность.

Но мне оставалось лишь мечтать, что в будущем у меня будет столько клиентов, что я смогу выбирать.

В-третьих, Авогадро сказал, что мне придется следить за своей безопасностью.

«Я уже сейчас вижу, что в будущем ты станешь красивой девушкой. Думай о том, чтобы клиенты понимали – к тебе прикоснуться нельзя. Ты выше них, даже, если перед тобой будет дон»

Так же Авогадро дал понять, что я сама несу ответственность за свою учебу и он меня обеспечивать не собирается. Если я не могу вложиться в то, чего хочу, значит я зря пришла. Поэтому я и пошла на подработки. Чтобы покупать искусственную кожу, краску и все остальное. Да и вообще хотелось личных карманных денег. Я несу ответственность не только за учебу, но и за саму себя.

Я всегда приходила к нему тайно. Вечером, когда в салоне больше никого не было. В первую очередь потому, что было слишком много желающих стать учениками Авогадро. Получить кусочик статуса, который он имел. С годами он многим обрубил желание, но, если они узнают, что он все-таки взял меня к себе… Авогадро не желал нарушать свое спокойствие. И я тоже молчала про учебу. Даже семья Леоне не знала, куда я хожу. К счастью, они моей жизнью интересовались примерно так же, как и мусором в мусорном ведре.

С годами, несмотря на то, что мой бог иногда был еще тем старым ублюдком, он стал для меня практически семьей. Я даже рассказала ему про своих родителей и про то, как оказалась в Неаполе. За что я уважала Авогадро, он не выказал ни толики жалости или презрения. Просто выслушал мою историю, как часть моей жизни.

Его салон, я начала ощущать, как свой дом. Моего бога – как семью.

Но… На данный момент прошло уже семь месяцев, как Авогадро не стало.

Говорят, что он умер во сне. Тихо. Спокойно. Но я все равно ревела так, будто не стало части меня. Я даже не понимала, как вообще можно было вынести такую боль.

Похороны моего бога были масштабными. Попрощаться с ним приехали все главы кланов. А меня туда даже не пустили, ведь по сути я являлась никем. Никто так и не узнал, что у Авогадро была ученица, поэтому его я оплакивала в своей комнате.

Лишь спустя неделю ко мне приехал внук Авогадро – Ариго Авогадро. Единственный оставшийся у моего бога кровный родственник. Я про него знала, но видела впервые.

Ариго сказал, что и ему было известно про меня. А еще то, что незадолго до смерти мой бог начал делать татуировку на спине своего внука, но ее так и не закончил. Зная, что я у него училась Ариго попросил завершить работу своего дедушки.

До этого я ни разу не делала татуировки на людях. Только на искусственной коже, но мой бог научил меня всему, чему мог. Своему стилю, тому как делать работу. Так, что я уже была продолжением его самого, из-за чего я согласилась. Просто как дань Авогадро, но не думала, что это будет настолько сложно. Делать татуировку было просто. Я даже не представляла, что настолько.

Но… мы были в салоне Авогадро. Уже в пустом. В том, где моего бога больше никогда не будет. И я заканчивала его последнюю работу. Сколько же раз я прерывалась, ведь из-за слез толком ничего не видела.