Кажется, я шла за ним. Извинялась. Говорила, что во многом по отношению к нему поступала неправильно, а он все сильнее и сильнее отдалялся. Пока я не оказалась на кладбище. На том месте, где мои слова уже никто не услышат. Там уже ничего не исправить.

И перед глазами начали вспыхивать отрывки статей. «Зверски избит», «Изуродован», «Сломаны кости».

Читая все эти слова, я опять кричала. Царапала саму себя. Захлебывалась собственным плачем.

Пока картинка не сменилась. Я стояла в книжном магазине. В том самом, в котором мы с Деимосом подрабатывали.

Он вновь рядом со мной. Не на кладбище. Не в земле.

Кажется, он мне что-то говорит. Точно. Это ведь момент нашей встречи. То, как мы впервые заговорили. С этого все началось.

Но уже теперь я резко отпрянула от него. Кажется, закричала, что нам лучше не находиться рядом друг с другом. Не общаться. Не видеться.

Он с непониманием смотрит на меня и спрашивает «Почему?».

«Потому, что из-за меня тебя не станет» - срывается с моих губ.

Я переполнена надеждой, что сейчас все исправлю и он точно останется жив, но картинка плывет. Сменяется темнотой. Сознание рябит, после чего я пусть и с трудом, но открываю глаза.

Я не могла понять, где нахожусь. Лишь, попытавшись проморгаться, смогла рассмотреть очертания отельного номера.

Надо мной навис Дионис. Кажется, это был он.

- Ты очнулась? – спросил он. – Я сейчас позову Дарио. Он буквально на минуту вышел. Тебе вкололи успокоительное. Ты можешь чувствовать слабость, но…

- …док… - прошептала я, еле шевеля губами.

- Что?

- Ты ублюдок. Ты тоже знал… - произнесла на выдохе. – Говоришь, Каморра не такие звери, как я думала? Вы гребанные твари.

Дионис некоторое время смотрел на меня молча. Его лицо было напряженно.

Позже он что-то сказал, но я слышала лишь отрывки.

- Я говорил ему, что… Ты ему слишком… Дарио из-за тебя… Ненормален, сожалею…

Я опять провалилась в темноту. Но там лучше. Уже теперь реальность, как кошмар, а во сне все нормально. Там Деимос жив. Мы вновь в книжном магазине. Я почему-то верю, что точно смогу все исправить. Раз за разом обрываю нашу первую встречу, пока мы не возвращаемся на исходную позицию. Иногда я даю себе слабину. Просто разговариваю с ним. Даже обнимаю. Плачу и бесконечно извиняюсь.

***

Когда я вновь очнулась, на улице уже было темно. Рядом с кроватью в кресле сидел Дарио. Волосы растрепанные. Сигарета в руке. В остальном же он настолько безупречный, как и всегда.

- Очнулась? – поймав мой взгляд, Де Лука потушил сигарету. – Как ты себя чувствуешь?

Я ничего не ответила. Не смогла. Или не хотела. Не знаю. Я просто смотрела на Дарио, понимая, как сильно изменились мои чувства к нему. Их больше не было.

Лишь недавно, я тянулась к нему, ревновала, думала о том, что он по-настоящему привлекателен. Намного сильнее, чем вообще кто-либо другой в этом мире.

А сейчас смотрела на него, как на совершенно другого человека.

Того, кого я ненавидела настолько, что меня изнутри заживо сжигало.

- Романа, ты меня слышишь? – Де Лука наклонился ко мне.

Я медленно закрыла глаза, надеясь, что смогу опять провалиться в темноту. Там лучше. В моих снах Де Луки не было. А любое место, где его нет, уже можно считать раем.

- Посмотри на меня. Я знаю, что ты меня слышишь.

Я никак не отреагировала. Уже теперь понимала почему – не хотела.

***

- Что ты, черт раздери, ей вколол? – из соседней комнаты донесся голос Дарио.

- Обычное успокоительное. Сеньор Де Лука, я… я могу ошибаться, но тут скорее всего дело в психическом состоянии, - голос мужчины был встревоженным. Испуганным. Кажется, он врач. Наверное. Хотя, мне плевать. – Она… Она выглядит сломанной. Скорее всего, нужен другой врач. Не я.

Сломанная? Я?

Нет, сломанной я точно не являлось.

Или же я ошибалась?

Прошли уже сутки с тех пор, как мне позвонила мать Деимоса. Все это время я лежала на кровати. Уже теперь не отключалась из-за успокоительного, но не шевелилась, не ела, не пила. Практически не моргала.

Я даже в туалет не вставала. Казалось, что не чувствовала своего тела.

И, тем более, я ни с кем не разговаривала.

Дарио постоянно пытался вывести меня на диалог, но я просто смотрела сквозь него. Думала. Так, что мыслями можно было захлебнуться.

Я саму себя ненавидела за то, что помнила – в какой-то момент, я начала раздражаться из-за того, что Деимос мне не отвечал. Думала, что неужели ему настолько трудно просто взять и перезвонить мне? Потратить одну чертову минуту?

А в это время его избивали, уродовали, ломали кости.

Позже, я перестала ему звонить, считая, что это бестолково.

Оказывается, что в это время человека, от которого я решила не ждать звонка, больше нет. И звонка от него естественно не будет. Вот только, не из-за моих эгоистичных предположений.

Деимоса не стало из-за меня. И я никогда… Никогда и ни за что об этом не забуду.

Дарио вошел в комнату. Подошел к кровати. Опять склонился надо мной.