Рванув вперёд к остаткам демонов в этом секторе Паутины, я помог напарнице разобраться с остатками вторгшихся демонов. К счастью, даже они были конечны, иначе шансов у нас вообще бы не было — учитывая то количество тайных троп, известных лишь Арлекинам, которые вследствие этого были вынуждены самолично их зачищать.

Вот это разветвление туннелей, к примеру, вело аж на саму Луну.

Ту самую, которая спутник Терры. Там тоже имелись свои Врата Паутины, да-да.

И оттого это место пострадало как бы не больше всего.

— Последняя? — вопрошаю у самого себя, когда очередная тварь разлетается на две части с брызгами эктоплазмы, которой больше всего было у демонов Тзинча, а меньше — у Нурглитов.

Последние были самыми неприятными противниками. Не слишком сильные, медленные, да и яд мы могли их фильтровать... Но вот их внешний вид... Бр-р-р, весь аппетит пропадает и появляется желание оказаться как можно дальше от этих образчиков...

Образчиков негативного триггера у любого аэльдари с нашим эстетическим вкусом. Бр-р-р, брысь из памяти, брысь. Даже вспоминать о них не хочу.

— Нурглиты? — с сочувствием взглянула на меня Убийственная Насмешка, вспышкой психической энергии очищая себя от демонического крайне отдалённого подобия крови.

— Ну вот зачем ты напомнила? — поморщился я, и когда этого моему разуму не хватило, даже передёрнулся. — Гадость. На планеты с ними впредь будем натравливать имперцев-радикалов с Экстерминатусом наготове...

— Р-р-рав. — раздался внизу довольный рявк Фенрира, который одним прыжком запрыгнул на наше возвышение, которое как и большая часть поверхности Паутины были подёрнута туманом, напоминающим ещё какой-то хладагент... К счастью, не по свойствам, а лишь по внешнему виду. — Рр--рав. — подёргал он мордой с зажатой внутри клешней какой-то демонетки.

— Фу. Брось каку. — бросаю ему, отмечая как прорыв в Варп потихоньку начинал затягиваться.

Древние в своей Паутине предусмотрели систему схлопывания проломов на такие вот случаи. Отчего и так серьёзно потрёпанная после рождения Слаанеш сеть не пестрела входами по всей галактике, и их было сравнительно небольшое количество по сравнению с нормальными порталами в это пространство, ставшее мне роднее даже обычной реальности. Ибо здесь не было такого трындеца, да.

Но нюанс заключался в том, что схлопнутые проломы в реальный мир или Имматериум зачастую начисто перекрывали всё внутри, будто закупоривали кровеносные вены. И если пытаться эти вены прочищать — дыра из Паутины вновь раскроется, и в отличии от наших порталов — туда может попасть кто угодно, начиная с особо отбитых Астартес, заканчивая вот такими вот толпами демонов.

— Р-р-рав! Р-р-рав!.. — прорычал он, действительно выплёвывая обслюнявленную конечность, которая без связи с Имматериум тут же принялась потихоньку исчезать, ведь находилась в ином пространстве.

— Сто двадцать шестой день Войны в Паутине. — проговорила удивительно длинную фразу моя напарница, и такой прогресс наметился примерно с прошлого года, когда мы вырезали очередную группу демонов Тзинча, вздумавших искать Чёрную Библиотеку. Ариман в этом деле был далеко не первым, да. — Устала. — веско заявила она, театрально опустив руки вниз.

— Я тоже. Эта пьеса затянулась, а её акты неразличимы друг от друга. Антагонисты не меняются, протагонисты исполняют те же действия. — выразил согласие с её точкой зрения, прежде чем по связи до нас не донеслось новое сообщение:

— Всем Арлекинам, что услышали это сообщение. Проследовать в театральный зал номер Шесть Сорок Девять Четыре. Требуются тритагонисты для поддержки главных ролей, антагонисты служат Похотливым Извращениям. Акт восьмой, представленье девятое! — несмотря на весьма занятный способ изложения причины, он неплохо запутывал могущих подключиться к психической связи демонов Тзинча, и особая терминология работала как швейцарские, или же некронские часы. Они у нас тут за мерило качества считаются — вон, не окончательно сломались за шестьдесят миллионов лет сна.

— Выступаем. — бросаю напарнице и питомцу, прежде чем вскочить на припаркованный в отдалении антигравитационный транспорт.

Дождавшись, пока остальные займут на нём свои места, я рванул в указанную сторону.

Сторону нужного сектора, помеченного как театральные залы. На них разделили Паутину специально после начала столь масштабного вторжения демонов, сравнимого с тем, которое было при Рождении Слаанеш — ту войну я практически пропустил, занятый собственным обучением.

Мы стремительно проносились по закоулкам Паутины, и признаться, мне это безумно нравилось. Словно у тебя имелся собственный байк, который умеет не только ездить, но и летать — двойное удовольствие, как для мужчины. Прямо вспоминается человеческая жизнь, где у меня был собственный мотоцикл. Не помню уже какой, но связанные с ними ощущения остались во мне и их забыть было гораздо сложнее какого-либо события.

...Наконец, завернув в очередной узкий туннель и пройдясь головой в нескольких сантиметров от потолка, мы вылетели на более-менее открытое пространство.

Пространство, где около десятка Арлекинов сражались с просто-таки толпами демонеток в окружении руин старого эльдарского города.