Восхождение на пик Грейс послужило поворотным пунктом в их отношениях. Вернувшись в долину, они остановились в маленьком мотеле в Джорджтауне, впервые поселившись вместе. Мотель был самый заурядный, зато постель в номере громадная, и они провели в ней два дня подряд. Два дня и две ночи они лечили тела друг друга от ран, нанесенных горами. Порой бывает достаточно едва ощутимого движения, простого внимания, чтобы убедить себя, что ты нашел родственную душу. Именно так и случилось с Шамиром. Прошел год с тех пор, как Сьюзи, сияя обворожительной улыбкой, появилась у него на пороге. В Балтиморе и его окрестностях улыбчивые люди – редкость.

– Похоже, вы – лучший инструктор по альпинизму во всей стране! – произнесла она вместо приветствия.

– Даже если бы это было правдой, гордиться все равно нечем: Мэриленд плоский, почти как пустыня. Его наивысшая точка находится на отметке тысяча с чем-то метров, туда самостоятельно забрался бы пятилетний ребенок…

– Я прочла у вас в блоге отчет о ваших экспедициях.

– Чем могу быть вам полезен? – спросил Шамир.

– Мне нужен проводник и терпеливый инструктор.

– Я – не лучший альпинист в стране и не беру учеников.

– Возможно, но я в восторге от вашей техники и ценю простоту ваших приемов.

Не дожидаясь приглашения, Сьюзи проскользнула к нему в гостиную, где и объяснила причину своего прихода. Ей захотелось стать за год опытной альпинисткой – это притом что, как она призналась, ей ни разу не приходилось подниматься в горы.

– Почему сейчас? Почему так быстро? – поинтересовался Шамир.

– Некоторые слышат в один прекрасный день зов Бога; в моем случае это был зов гор. Каждую ночь мне снится один и тот же сон: я взбираюсь на заснеженные вершины, вокруг абсолютная тишина – полный восторг, с ума сойти! Так почему бы не перейти от снов к реальности, почему не освоить эту премудрость?

– Здесь нет явного противоречия, – проговорил Шамир и, видя недоумение Сьюзи, объяснил: – Я говорю о зове Бога и о зове гор. Просто Бог более молчалив, а горы полны звуков: то это глухое ворчание, то оглушительный треск, то ужасающее завывание ветра…

– Я бы предпочла безмолвие. Когда мы могли бы начать?

– Мисс…

– Бейкер. Но вы называйте меня Сьюзи.

– Я поднимаюсь в горы именно в поисках одиночества.

– Можно оставаться в одиночестве, даже когда рядом другой человек. Я не болтлива.

– За год не стать опытной альпинисткой, разве что станете тренироваться круглые сутки…

– Вы меня еще не знаете. Когда я за что-то берусь, меня ничто не остановит. Таких упорных учеников, как я, у вас еще не было.

Освоение скалолазания стало для нее наваждением. Не найдя более убедительных доводов, она предложила ему денег, чтобы он смог как-то улучшить свою жизнь – например привести в порядок свой домик, явно нуждавшийся в ремонте. Шамир перебил ее, дав первый урок, – она сочла эти его слова началом обучения, на самом же деле то был простой совет: на крутом склоне необходимо спокойствие, самообладание, умение воздерживаться от лишних жестов. Полная противоположность ее манере!

Провожая ее к двери, он пообещал, что подумает и непременно с ней свяжется.

Когда она спускалась по ступенькам крыльца, он задал ей вопрос: почему он? Ему требовался искренний ответ, а не лесть.

Сьюзи обернулась и долго на него смотрела, прежде чем ответить:

– Все решила ваша фотография в блоге. Мне понравилось ваше лицо. Я привыкла доверять своему инстинкту.

Ничего к этому не прибавив, она зашагала прочь.

* * *

Уже назавтра она явилась за ответом. Загнав машину на подъемник в автомастерской, где трудился Шамир, и справившись у хозяина, где его найти, она решительным шагом направилась к смотровой яме: там Шамир менял масло в старом «кадиллаке».

– Что вы здесь делаете? – спросил он, вытирая руки о комбинезон.

– А вы как думаете?

– Я же сказал, что подумаю и перезвоню.

– Я заплачу за подготовительный курс сорок тысяч долларов. Если вы согласитесь натаскивать меня в выходные, по восемь часов в день, на это уйдет в общей сложности восемьсот тридцать два часа. Я знаю альпинистов, которые поднимались в горы, имея даже меньше опыта. Сорок долларов в час – заработок врача-терапевта. Платить вам я буду каждую неделю.

– Чем вы занимаетесь, мисс Бейкер?

– Сначала я потратила много времени на бесполезную учебу, потом работала у антиквара, пока его приставания не стали слишком настойчивыми. С тех пор я нахожусь в поисках себя.

– Иными словами, вы – папина дочка, не знающая, как убить время. У нас с вами мало общего.

– В прошлом веке буржуа задирали нос перед рабочими, а теперь все наоборот, – ответила она резкостью на резкость.

Шамир недоучился – не хватило денег. Сумма, которую Сьюзи была готова отвалить за уроки альпинизма, многое изменила бы в его жизни. Но он никак не мог разобраться, нравится ли ему эта напористая и самоуверенная девчонка или она его раздражает.