От такой реакции мне стало больно.

— Почему? Я недостаточно хороша?

Он покачал головой, прядь волос упала на лоб, и он смахнул ее. Ему однозначно не нравилось обсуждать свою работу.

—Дело не в этом.

—Тогда, может, я в списке Эндриса?

—Он бы не посмел, не сказав этого мне, — выдавил из себя Торин.

Повисло молчание. Может я не знаю, зачем им команда по плаванию, но подобное отношение раздражало.

—Надо возвращаться, — сказала я тихо, но так и не сделала шага. —Наверное, Эрик ищет меня.

—Не уходи, —мягко проговорил он, подходя ближе к Харлею. Он встал передо мной, принося с собой опьяняющее тепло.

—Я привел тебя сюда не для разговоров о моей работе.

—Тогда зачем?

—Хотел побыть с тобой наедине.

Мой голос задрожал:

—Мы виделись и раньше.

—Этого мало. Можешь назвать меня жадным, но я хочу большего, — он провел вверх и вниз по моей руке. Меня пробрала дрожь. Его руки опустились мне на бедра, затем он нагнулся и зарылся лицом в мои волосы. — Я не думал, что могу встретить тебя здесь, Веснушка. Это должна была быть обычная работа, но сейчас это нечто большее.

Я прижалась к нему, желая облегчить ту боль, что звучала у него в голосе, но не знала, как это сделать.

—Как же Эрик?

—Он не подходит тебе, — его голос был низкий и глубокий.

—Я знаю его всю свою жизнь. Он понимает меня.

—Разве он может вызвать у тебя дрожь одним лишь прикосновением? — кончики его пальцев пробежались по моей руке, его касания, как от перышка, но они пробуждают пожар внутри меня. Я закрыла глаза, содрогаясь всем телом. Он убрал волосы у меня с шеи, наклонился и поцеловал открывшийся участок кожи. По телу растеклось тепло. — Разве он первый человек, о котором ты думаешь, когда просыпаешься утром, и последний, с мыслями о котором ты засыпаешь?

Каждое утро и вечер я думала только о Торине. Я открыла рот и хотела сказать ему это, что он тот парень, о котором я мечтала, но не смогла выдавить и слова.

—Знаешь ли ты, что я хочу с ним сделать каждый раз, когда вижу, как он касается тебя? Каждый раз, когда целует тебя? Я хочу оторвать ему голову, — он развернул меня лицом к себе и прижал к груди.

Я смотрела в его красивые глаза цвета сапфира и тонула в них, таяла. Он провел пальцами по линии челюсти, затем по моим губам. Незнакомое мне страстное желание пронзило меня, и я ухватилась за его футболку, чтобы не упасть. Он наклонился ко мне, и я перестала дышать. Все мои чувства были направлены только на него.

И затем он поцеловал меня.

Сперва у меня покалывало губы, потом это чувство проникло под кожу. Он покусывал мою нижнюю губу, я сделала вдох, тем самым пуская его дальше. Он нежно загладил укус языком и проник в рот, переплетая свой язык вместе с моим. Попробовав его на вкус, мой мир просто взорвался. Я перестала существовать, я стала частью чего-то большего, прекрасного и яркого.

Он застонал и углубил поцелуй, его руки крепче обняли меня и притянули к себе. Я отпустила футболку и обняла его лицо, удерживая на месте. Я желала этого с момента нашей первой встречи, когда увидела его перед своим домом, это чувство целостности. Он отпустил мои губы и начал покрывать поцелуями лицо, вниз по шее, но я была не готова так быстро отпускать его. Я ухватилась за него, снова припадая губами к его губам. У меня кружилась голова, а все тело было на грани чего-то, чего я не могла понять.

Он оторвался от моих губ и, тяжело дышав, посмотрел на меня горящими глазами. Мне понравилось, как на него подействовал этот поцелуй.

—Теперь ты моя, Веснушка, — заявил он.

По залу раздался смех:

— Это, конечно, очень увлекательно...

Торин зарычал:

—Исчезни, Эндрис.

—Я бы рад, большой братец, но ее безумно влюбленный парень будет здесь с минуты на минуту. Он ищет ее повсюду, прям сам не свой.

Я в ужасе посмотрела на Торина. «Что мне теперь делать?»

— Мне надо поговорить с ним.

—Нет, мы сделаем это вместе.

Я покачала головой:

— Я должна сделать это одна.

—Согласен с ней, — снова вмешался Эндрис. —Долг зовет, большой брат.

Его взгляд теперь был ледяным, но он ничего не ответил Эндрису.

- Веснушка...

—Скоро от этого места ничего не останется, Торин, — перебил Эндрис.

—Что? — Торин перевел взгляд на Эндриса, обнимая меня одной рукой.

—В смысле не останется? — спросила я. Мои чувства все еще были обострены после поцелуя, но реальность обрушилась, словно бочонок холодной воды.

—Малиина здесь, и она вышла на тропу войны. Думаю, она что-то сделала с газовой трубой. Здесь, может, это и не ощущается, но внутри все пропахло газом. Подумал, тебе нужно это знать.

Торин выругался:

—Ты же говорил, что связал ее рунами.

Эндрис пожал плечами:

—Должно быть, Ингрид выпустила ее. Не беспокойся. Я найду ее и верну домой.