А вдруг она захочет, чтобы её любимчик Эхо задержался у неё на неопределённый срок? Я даже не смогу до него добраться. Он обособился от других жнецов много тысяч лет назад. Честно говоря, я ни разу не встречала гримнира, который не вёл бы себя как засранец.

— Что такое, куколка? — спросил Эхо.

— Ничего, — прошептала я, утыкаясь лицом в его грудь. Было почти два часа ночи, и у меня пропало настроение разговаривать, особенно о тёмных душах, после того, как у него выдалась непростая ночка.

Он усмехнулся.

— Я же вижу, что тебя что-то беспокоит. Неужели я так испугал тебя разговорами о Береге Мертвецов?

— Нет, — соврала я. — Я знала про гончую, охраняющую мир Хель, про реку и стража на лодку. Чем-то напоминает греческую мифологию. Греки называли этого пса Цербером, а вы?..

— Гармом. Только у него одна голова, а не три. С четырьмя красными глазами. И он воет без остановки. Мы вроде бы говорили о свадьбе?

Доставать из него информацию всё равно что вырывать зуб с корнем. Когда-нибудь...

— Нет. Это так волнующе, — моя макушка оказалась под его подбородком, рука легла поперёк его груди, а глаза закрылись, но мои мысли всё возвращались к Тени. Ну, тёмной душе.

— Но если ты хочешь подождать, я пойму, — сказал Эхо, проведя пальцами по моей шее. Его дыхание ласкало мой висок. — И сделаю всё, чтобы ты передумала. На это могут уйти недели или месяцы, но я могу быть неутомимым и весьма изобретательным.

Я хихикнула.

— Тогда я подожду.

Он ухмыльнулся. Я поняла это по тому, как дрогнули его губы напротив моего лба.

— Хочешь, чтобы я тебя переубедил?

— А почему бы и нет? Изобретательный и неутомимый — думаю, мне это понравится.

Он чуть отстранился и посмотрел на меня. Руны освещали его лицо, и дерзкая ухмылка играла на губах.

— Если бы ты знала все мои грязные мысли о тебе, то не стала бы дразниться, — предупредил он. — Можем начать прямо сейчас.

Откуда, блин, в нём столько энергии?

— Можно я сначала закончу школу? И желательно ещё получу степень в психологии? — добавила я.

Он закатил глаза и вздохнул.

— Ладно, но при одном условии. Я буду помогать тебе заниматься.

Я фыркнула.

— Звучит страшно.

— Твои преподы и однокурсники даже не заметят меня. Я буду невидимым призраком, раздающим подзатыльники всем парням, которые посмеют пялиться на тебя.

Мне понравилась эта идея, но девушке неприлично принимать такие предложения.

— Не надо преследовать меня в колледже, Эхо. И вообще, ты же ненавидишь школу.

Он ухмыльнулся.

— Ах, но ты теперь смысл моего существования, куколка, а значит, я ставлю твои интересы превыше всего.

— И ноешь из-за этого, — отметила я, проводя пальцем по его груди. Так и не знаю, сказать ли ему о ночном визитёре с тёмной душой или нет. Мышцы Эхо откликнулись на прикосновение.

— Я не ною. Просто бурно выражаю негодование, — улыбка сошла с его лица. — Ты начинаешь меня пугать. Что тебя беспокоит?

Я не могу ничего от него скрыть. Тем более когда он говорит так, будто может одной левой разорвать кого угодно, кто причинит мне боль, и сделает это с превеликим удовольствием.

— У меня сегодня был странный гость.

Эхо замер.

— В каком смысле странный?

— Душа. Кажется.

Он сел.

— Что значит "кажется"?

— Он не был похож на другие души. Чёрный такой. Ну, типа тёмный. Мне кажется, это была тёмная душа.

Он сощурил глаза, внимательно глядя на меня.

— Что? Он напал на тебя? Пытался вселиться? Ты чувствовала слабость и головокружение?

— Нет, — я замотала головой. — В этом плане он вёл себя как другие души. Застенчиво. Может, чуть более отчуждённо.

— Расскажи мне по порядку, что произошло.

— Сначала я решила, что это ты, когда в комнате появился холодок, но нет. Оставайся здесь. Я покажу тебе кое-что.

Я откинула одеяло и побежала в свою комнату за мобильником, но Эхо был уже тут как тут. Он поднял свои штаны с того места, где бросил их, и быстро натянул.

— Он проник в мой ноут и написал это, — я нажала на ярлычок "Фото" и показала письмена.

Эхо побледнел.

— Что? Что это значит?

— Дэвин. Предатель хитрожопый, — выплюнул Эхо. Он сжал мои руки и посмотрел прямо в глаза. — Никогда больше не общайся ни с ним, ни с какой-либо другой тёмной душой, Кора. Они высасывают энергию из всего на своём пути.

Я нахмурилась.

— Он вёл себя дружелюбно.

— Дружелюбно? — Эхо повысил голос от возмущения.

Я бросила взгляд на дверь спальни.

— Тише ты.

— Ты даже не представляешь, с кем имеешь дело.

— Так расскажи мне.

— Смертные, в которых вселяются тёмные души, сходят с ума, — он тяжело вздохнул, взял меня за руку и повёл обратно в свою комнату. — Милая, я знаю, ты любишь помогать заблудшим душам, но с этими тварями лучше не путаться.

— Не указывай мне, что делать, — я вырвала руку из его хватки. — Я уже говорила тебе раньше и повторяю снова: я буду решать, кому помогать, а не ты.