Она издала тихий стон, и бедра Кейна сами собой дернулись вперед. Его член упирался в живот Миган, твердый от желания.

— Это ты, — ответила она, ее голос стал прерывистым. — Ты… ах. Потрясающий.

Ладонь Кейна скользнула вниз по ее спине. Руки Миган тоже бродили по его телу, и ее прикосновения раскаляли его желание донельзя.

Затем ее кончики пальцев коснулись шрама на его ноге.

Ресницы Миган коснулись его щеки, словно шепот.

— Прости. — Она отвела руку, но Кейн остановил ее. Он прижал ее ладонь к шраму, пронзающему его бедро.

— Так я получил свою адскую гончую, — прошептал он.

Пальцы Миган крепче сжались вокруг узловатых следов зубов.

— В прошлый раз…

В прошлый раз, когда ты коснулась моего шрама, я остановил тебя, отстранился, а на следующее утро вел себя так, будто не могу дождаться, когда ты уйдешь. Кейн опустил голову ей на плечо.

— В прошлый раз я боялся. Я не знал, кто или что я. Теперь знаю. — Он прижался губами к ее плечу, ее шее, ее губам, которые на вкус были как дом. — Я твой.

Глава 26. Миган

Дыхание Миган перехватило.

— Я люблю тебя.

Она взяла его лицо в свои ладони и притянула к себе, пока не оказалась сверху. Все ее переживания о том, что она слишком тяжела или неуклюжа, растворились в стоне Кейна, полном желания.

— И я твоя, — выдохнула она, чувствуя, как его рука скользнула под пояс ее брюк, чтобы прижать ее к себе. Она приподняла бедра, чтобы снять их, и тыльная сторона ее ладони коснулась члена Кейна.

Он дернулся, словно его ударило молнией.

О, черт. Миган выругалась вслух.

— Что не так?

Она простонала и ударила один раз кулаком по матрасу.

— Дежавю. То же, что и в прошлый раз. У тебя нет ключа, а у меня нет…

Она остановилась.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Все в тебе. Я хочу быть с тобой всегда, и, по идее, эти слова должны пугать меня. Но нет. Мне совсем не страшно. И… у меня кое-что для тебя.

Прежде чем Кейн успел что-то сказать, она спрыгнула с кровати и нашла свою куртку. Она обыскала карманы. Где-то же она… ага!

Она забралась обратно в кровать рядом с Кейном и протянула ему свою сжатую в кулак руку.

Он сел.

— Что это?

— Твой рождественский подарок.

Его лицо вытянулось.

— У меня нет ничего для тебя…

— Правда? Совсем ничего? — поддразнила Миган. — Когда я столько хлопот перенесла, похищая тебя. — Она схватила его за плечи. — И впихивая тебя в собачий бокс. — Она столкнула его по матрасу и села на него верхом. — И таща тебя в город в пижаме.

Она положила руки ему на грудь, чувствуя сильные удары его сердца.

— И хуже всего. Когда тебе было больно, когда ты был сломлен и думал, что ты чудовище, я убежала. Я бросила тебя.

Кейн закрыл своими руками ее руки.

— Я оттолкнул тебя.

— И я позволила. Ты думаешь, люди раньше не пытались оттолкнуть меня? Я самый раздражающий человек из всех, кого я знаю. Я горжусь тем, что игнорирую любые намеки, пока мне прямо не дают пинка под зад. — Она вздохнула. — Я подвела тебя.

Кейн сжал ее руки.

— Ты же знаешь, что это неправда. И даже если бы это было так… — Миган открыла рот, чтобы возразить, и он прижал палец к ее губам. — Все кончено. Нет такого исхода событий, который мог бы сделать меня счастливее, чем сейчас.

— Я знаю. — Миган подняла сжатую в кулак руку, чтобы он мог ее видеть. — Поэтому это для тебя.

Кейн разжал ее пальцы один за другим и поднял многократно сложенную распечатку.

— Что это?

— Мой билет на автобус. Я собиралась уехать из Pine Valley завтра. Я думала, есть только два пути, которыми может закончиться эта история между нами, и оба означали, что мне придется уехать.

— Но твое место здесь.

— Теперь… да. — Она обхватила его руки вокруг билета. — Так что это для тебя. Рождественский подарок от меня, чтобы сказать тебе, что я никуда не уезжаю. Ты получаешь всю меня. И взамен… я хочу всего тебя.

Волна чистой любви и заботы, хлынувшая через их связь, заставила ее вздрогнуть. Глаза Кейна вспыхнули.

Он притянул ее к себе и поцеловал. Тело Миган прильнуло к его телу, горячее и трепещущее.

— Я люблю тебя, — прошептала она у него на коже. Его пальцы крепче сжали ее талию, и горячее желание, бегущее по венам Миган, превратилось в предвкушение. — Я так сильно хочу тебя. Больше всего на свете. Больше, чем вообще возможно.

Кейн перекатился на нее сверху.

— Больше, чем я заслуживаю. — Головка его члена прижалась к ее входу. Она облизнула губы.

— Мы только что сражались со сворой адских гончих и спасли Рождество, — напомнила она ему. — Если ты думаешь, что не заслуживаешь… м-м-м…

Кейн вошел в нее так медленно, что ее глаза закрылись. Ощущение было слишком сильным. Он был толстым, твердым и идеальным.

Он прижал ее к себе, погружаясь глубоко, их тела соединились так, словно были созданы друг для друга.

— Мы созданы быть вместе, — выдохнула она.