Кейн провел рукой по рту и челюсти, собирая то достоинство, что у него осталось после этого возмущенного взвизга. Он должен был исправить это, черт возьми.
— Так, — сказал он, выпрямляясь. Миган все еще стояла на коленях за диваном, она оперлась локтями на него и ухмыльнулась ему. — Вот что мы сделаем. Должна же быть в этом доме хоть одна комната, через которую я не пронесся как ураган. Если ты не против, пожалуйста…
Он прошел через комнату, и за ним последовал мягкий смех Миган. Она смеется. Это хорошо, да? Он заглянул в кухонную дверь и с облегчением вздохнул.
— О, слава Богу. Ты не могла бы подождать здесь? Пожалуйста?
Миган встала, отряхнула колени и почти сумела взять свою улыбку под контроль к тому моменту, как дошла до кухонной двери. Увидев комнату за ней, она усмехнулась ему.
— Ты оставляешь меня на кухне?
— Всего на секунду!
Плечи Миган тряслись от беззвучного смеха, пока он выдвигал для нее стул у кухонного стола.
— Я скоро вернусь, — заверил он ее, затем метнулся обратно к входной двери, где оставил пакеты с остатками еды. — Еще минутку! — пообещал он, водрузив пакеты на стойку и снова убежав.
Идиот, ругал он себя. Он пригласил Миган внутрь со своего промерзшего порога в такой же промерзший коттедж, который выглядел так, будто через него пронесся смерч.
Его коттедж.
Холодный комок застрял у него в желудке. Миган была здесь, в самом близком, что у него было к дому, и таким было его гостеприимство? Это было неприемлемо.
Кейн поправил последнюю подушку и уже был на полпути к кухне, когда взглянул вниз и увидел грязные следы на плиточном полу. Ругаясь, он огляделся в поисках пылесоса.
Не повезло. Он схватил плед, который спас с лестницы, и протащил его по грязи, сметая часть ее к входной двери.
Из кухни донеслось что-то, очень похожее на приглушенный смех.
— Еще минутку! — крикнул он.
Кейн стянул свои мигающие ботинки и оставил их на низкой полке рядом с входной дверью, которая, должно быть, существует именно для этой цели, судя по тому, что ботинки Миган уже аккуратно стояли на ней. Но он не мог просто оставить запачканный грязью плед у двери. Оглядевшись, он заметил шкаф и открыл его, обнаружив…
… пылесос.
Кейн простонал и стукнул лбом о дверцу шкафа, закрывая ее.
Все шло так хорошо. Он никогда не забудет взгляд в глазах Миган, когда сказал ей, как сильно он хочет ее.
И теперь его демон-гончая восстала из могилы, чтобы снова все испортить. И он даже не заметил, пока не стало слишком поздно. Он шел как во сне в свой первый день свободного человека.
— Кейн? Твоя минута истекла.
Кейн закрыл глаза. Голос Миган обвил его сердце — но теперь он не был уверен, что заслуживает этого. Он снова стал человеком, но каким человеком? Миган так уверена в том, кто она. Так ослепительно, яростно сама. Но Кейн — не тот человек, каким был до демона. Он не знает, кто он теперь.
Тот человек, который даже не замечает устроенного им беспорядка и заставляет ее бояться, что в его дом вторглись. Тот человек, который тащит грязь в собственный дом. Который забывает кошелек.
Горький привкус наполнил его рот. Если раньше он спал, то сейчас это было суровым пробуждением.
Что, если он недостаточно хорош для нее?
Что, если он получит все от «все или ничего» в сердце Миган, но не будет этого достоин?
Он медленно вернулся на кухню и замер, положив руку на дверь. Половина его ожидала обнаружить Миган уже стоящей по другую сторону, решившей, что он не стоит ее ожидания. Его арендованная машина все еще была у боковой стены коттеджа, в конце концов. Он более чем заслужил бы это, если бы она решила вернуться в город одна. Или она могла бы занять кровать сегодня ночью, а он бы свернулся калачиком на диване.
Ему следовало сказать ей сейчас. Дать ей знать, что такой вариант есть, по крайней мере.
Кейн открыл дверь.
Миган была именно там, где он ее оставил, сидящей за кухонным столом и смотрящей в окно на темный силуэт дровяного сарая.
Изменилось лишь одно. На столе перед ней стояли два бокала шампанского.
Глава 10. Миган
Глава 10. Миган
Все или ничего. Именно так она ко всему относилась, не так ли? И Кейн дал понять, что не хочет быть ничем.
И она тоже.
Поэтому она достала из сумки бутылку шампанского, разыскала бокалы — что было несложно, ведь коттедж явно был предназначен для романтического отдыха, даже если Кейн обращался с ним скорее как подросток с игровой комнатой, с уклоном в слово «разгромная». И вот она здесь.
Кейн ничего не говорил. Он просто стоял в дверях, его голубые глаза были прикованы к ней, и Миган Гиннесс пришлось вцепиться руками в край стола, чтобы не схватить оба бокала и не осушить их залпом. «Все или ничего» может ведь означать и все шампанское для себя, верно? А в идеале — немедленно отключиться.
Хотя для этого, вероятно, потребовалось бы больше двух бокалов.