- Внизу на полке есть мужские тапки. А вот здесь можно помыть руки, - Мари показывает на темно-коричневую дверь.

Черт, даже для друга отца не нормально приходить в гости к девушке в такое время. Одному, без компании.

Но не сбегать же? Тем более, она уже наполняет чайник.

Мою руки и прохожу на кухню. Квартира не с иголочки, но все обставлено добротно. В теплых бежево-коричневых тонах.

Или тепло мне здесь не из-за интерьера…

- Вы не против гречишного чая? Я всегда его пью по вечерам.

- Не против.

- Угу… Я тогда переоденусь быстренько, пока заваривается. Надоело это платье! Зачем вообще надевала его?

- Ты прекрасно выглядела сегодня. И выглядишь… - я гений комплиментов.

- Правда? - она распахивает темные глаза.

- Ты - красавица. Неужели не знаешь об этом?

Придержать бы язык. Но мне хочется ей это сказать.

- Ну… - Мари хмурится. - Да, мы с сестрой красивые. Как говорит наша домработница Вера Михайловна - порода. Но знаете… Иногда это вообще не главное.

Она бросает в меня какой-то непонятный взгляд и уходит.

Отхожу к окну и смотрю на город. Граф Дракула трется о ноги.

Я родился и вырос в Ленинградской области. Со школы хотел стать врачом.

Стал, начал работать. Не чурался бюджетных больниц, командировок. В молодости работал взахлеб. Личная жизнь так, походя.

После тридцати открыли с Вадиком дело. Встали на ноги материально, график устаканился. Начал встречаться с Дашей.

Купил дом и собрался жениться. Просто потому что вроде как давно пора.

- Не заскучали тут?

Темноволосый вихрь врывается на кухню. Она распустила прическу, сменила платье на домашний бархатный костюм с широкими штанами и объемным джемпером.

Горловина обнажает одно плечо, на котором то ли лямка черной майки, то ли спортивного лифчика. Проклятье…

Примерно так же Мари влетела в мою жизнь. В которой я, наверно, заскучал.

Хотя нет, эти эмоции точно не от скуки. И не от пресловутого кризиса среднего возраста.

Я бы назвал это судьбой. Но как врач слишком циничен и в такие вещи не верю. 22. 22

- Не покупаю много сладкого домой, - говорит Мари, разливая чай по большим коричневым чашкам, - но вчера как знала, купила зефир. Тут недалеко, в кондитерской.

- Я не любитель сладкого. И после банкета ничего не хочется.

- Этот зефир натуральный. И не особенно сладкий - на ягодах. Проходите к столу.

Мари со мной на «вы» и проявляет гостеприимство. Но я чувствую себя здесь в своей тарелке. Как будто бывал много раз. Или вообще живу здесь с этой девушкой, и она вот так хлопочет на этой кухне по вечерам.

Все-таки хорошо, что я не позволил себе вино. И без него мысли не в ту сторону.

- У тебя уютно, - делаю вроде бы дежурный комплимент. Она даже не подозревает, насколько он искренний.

- Здесь изначально было мило… Жила очень хорошая женщина. Сейчас уехала в Москву, к сыну.

- А тебя не привлекает Москва?

- Не знаю… Сашулик подбивал меня туда перебраться. Папа бы помог… Но я уже говорила, что моя душа лежит к Питеру. А вас не привлекает столица?

Я делаю глоток из чашки. Ароматный напиток, но вкус не слишком назойливый. То, что надо.

Черт, мне нравится все, что делает эта девушка.

- Я жил несколько лет в Москве. Может быть, остался бы. Но Вадик… Вадим Михайлович предложил открыть клинику. А он тогда крепко жил в Санкт-Петербурге. Плюс, тут все же меньше конкуренция.

- Тогда жил крепко, а сейчас? - Мари тоже пьет чай.

Ну что ж, пришло время поговорить о Вадике.

- Вадим не так давно развелся. Сейчас он более свободен в передвижениях, я думаю.

- У него есть дети?

- Да, дочки. Но они уже выросли.

Мари кивает.

- Хорошо, что выросли. Я всегда сочувствую детям, которые остаются без одного родителя. Даже если это просто развод.

- Родители не перестают ими быть.

- Да! Но… Наверно, это потому, что мы росли без мамы. Она погибла, и это не одно и то же… Но ничего не могу с собой поделать. Я очень надеюсь, что моя семья… будет крепкой.

Мари хмурится и смотрит в чашку. А мне до безумия хочется придвинутся ближе и обнять ее.

Эта девушка нуждается в нормальных отношениях.

Развод, предательство - к сожалению, это часть жизни. Но ее это может просто уничтожить.

И тем временем, рядом с ней кружат такие, как Сашулик и Вадим!

- Уверен, так и будет, - я все же не выдерживаю и накрываю ее руку своей, - перед твоими глазами достойный пример - твой отец. И ты сможешь сделать правильный выбор.

- Главное, чтобы он был взаимным, - она грустно усмехается, - как у папы.

- Обязательно будет.

Мари поднимает глаза и вглядывается в мои. Как будто спрашивает - правда?

Тепло ей улыбаюсь. По-дружески!

Твою ж мать!

- Значит, Вадим Михайлович теперь совершенно свободен?

- Мари… - я выпускаю ее руку. - Я хотел поговорить с тобой об этом.

- О чем? - она еще сильнее хмурится.

Черт, как подобрать слова?