Нахмурившись, я поднялась на ноги, лихорадочно ища то невидимое существо, которое напало на него. - Стой! Прекрати! - Взгляд назад показал, что Дравиен застыл в неподвижной позе, зажмурив глаза, словно не в силах на это смотреть. Какая бы храбрость ни была в нем, когда он был в землях смертных, она, должно быть, осталась там. Я снова перевела взгляд на маленького человека. - Прекрати сейчас же, или, клянусь богами, я разорву тебя на куски!
Блондин хмыкнул. - Умираю от нетерпения это увидеть.
Не опуская ладони, маленький человек сжал руку в кулак, и из запястий Казимира поднялся дымок, оставив после себя тонкую черную полосу, словно выжженную на коже.
- Блядь! — рыкнул Казимир, дрожа и прижимая запястья к груди. - Нет!
Я вызвала свой костяной кнут и нанесла быстрый удар.
Охранник, стоявший рядом с маленьким человеком, взорвался вокруг своей брони при ударе, и куски мяса и костей посыпались на землю. Остальные охранники отступили с широко раскрытыми глазами, некоторые ругаясь. Некоторые смеялись.
- Ну, это было впечатляюще, — сказала блондинка.
Я отступила, готовясь к новому удару.
Невысокий мужчина вытянул руку, и кости вцепились в его ладонь, когда он схватил другой конец.
Задыхаясь, я чуть не упала назад, но он дернул, притянув меня ближе, и поднял ладонь. Глубокое, жгучее ощущение пробежало по моим венам. Я открыла рот, чтобы призвать Райвокса, но из меня вырвался лишь хриплый крик. Белый дым закрутился из моих запястий, точно так же, как из запястий Казимира , оставляя после себя изящный черный узор, словно пламя, выжженное на коже Зевандера.
Боль быстро утихла, и я глубоко вздохнула, расправляя грудь. Я опустилась на колени и перевернулась на бок, кашляя. Остались черные полосы, по которым тянулось жжение.
- Где Райданн? — спросила блондинка, неспешно подходя к Дравиену, который не пошевелил и пальцем, чтобы помочь нам.
- Он ушел. - Дравиен даже не удостоил ее взглядом, его лицо побледнело еще больше. - Он упал в пропасть.
Упал в пропасть. Ушел.
Это было неправильно. Это звучало так неправильно, когда произносилось вслух. Он не мог умереть. Я отказывалась в это верить.
Слезы наполнили мои глаза, и я бросилась вперед на четвереньках, ударив руками по барьеру.
- Задержите их, — приказала женщина, ее голос дрожал, как будто эта новость затронула и ее. - Я придумала особое наказание для этой девчонки.
Грубые руки схватили меня за руку, и я резко обернулась, вцепившись в руку солдата своими почерневшими кончиками пальцев.
Только вот он не рассыпался в прах.
Он хмыкнул и крепко удержал меня, поднимая на ноги. - Эти милые кончики пальцев будут первыми, которые исчезнут.
Блондинка шагнула ко мне, держа руки за спиной. В поле моего зрения мелькнуло золото, и тут же костяшки пальцев ударили меня по щеке с грохотом, от которого задрожали кости, и от удара моя голова дернулась в сторону. Боль пронзила мои пазухи, и в челюсти нарастала пульсирующая боль. Сквозь слезы в глазах я мельком увидела кровь, разбрызганную по снегу у моих ног. - Я не думаю, что мои питомцы раньше пробовали смертную плоть. С нетерпением жду, когда смогу познакомить тебя с ними.
ГЛАВА 83 ЗЕВАНДЕР
Смерть была бы легче, в этом Зевандер был уверен.
Каждая мышца его тела кричала от боли, пока он взирал на край обрыва, а воспоминание о её лице не отпускало его мысли. Он лежал у входа в чёрную пустоту, а его жизнь балансировала на краю выступающей скалы. Невероятный поворот судьбы, пока он слушал шипение и визг пауков и человекоподобных существ, которые высыпались из ущелья, скользя мимо него в темноте, падая вниз. Его ноги свисали над обрывом, ширина уступа едва хватала, чтобы удержать его верхнюю часть тела. Одно неверное движение — и он соскользнет в пропасть.
Еще один шипящий паук просвистел мимо его уха, но он не осмелился обернуться, чтобы увидеть его гибель. Он был слишком слаб и измучен. Вместо этого он переключил свои мысли на Мэйвис, вспомнил облегчение, которое он почувствовал, наблюдая за ее возвращением в Эфирию. Когда он цеплялся за руку Дравиена, он видел ее лицо, слышал ее голос, зовущий его. Почувствовал ее еще раз.
Это было все, что ему нужно.
Он никогда не верил в богов, но, лежа там, истекающий кровью и разбитый, он молился, чтобы она нашла Долиона.
Может быть, боги будут милостивы, и он проскользнет в Калигорию. Он увидит ее еще раз.
Визг существ и всего того ада, что обитало в милях под ним, нарушил безмятежность этой мысли, напомнив ему, насколько жестокими могут быть боги.
Край обрыва, должно быть, находился на высоте шестидесяти метров над ним, а то и больше, и ухватиться было не за что. Взобраться было невозможно.