Тем не менее, Зевандер не мог отрицать радость, которую он испытывал, наблюдая за ней. Непоколебимая решимость в ее глазах, которая заставляла его тело напрягаться самым раздражающим образом.
Дверь с грохотом распахнулась, и он обернулся, чтобы увидеть Рыкайю, стоящую в дверном проеме, задыхающуюся от бега.
- Зевандер! Иди! Маэвит!
- Что случилось? - Странно, как в этот момент все его мышцы напряглись.
- Бранимир похитил ее! - В голосе Рикайи слышался чистый ужас.
Поставив стакан на стол, Зевандер вскочил на ноги и пересек комнату. Он помчался по коридору и по лестнице в Большой зал, а затем по другому коридору к лестнице, ведущей в подземелье.
По дороге Рикайя рассказывала о том, что она видела, и с каждым шагом ее голос становился все более истеричным.
Я несла ей таз и губку, чтобы она могла умыться, и увидела, как один из его пауков затащил ее внутрь! Думаешь, он причинит ей вред?
Зевандер не осмелился даже представить себе такое, и эта картина пронзила его горячей волной ярости. - Нет, — сказал он ради своей сестры. Оказавшись в подземельях, он направился к месту, где Долион склонился над дверью.
- Я попытался наложить заклинание паралича, но он, похоже, устойчив к нему.
Игнорируя пожилого мужчину, Зевандер взялся за дверную ручку и напряг все мышцы, пытаясь поднять ее. Она не сдвигалась с места. Зарычав, он сделал шаг назад и вызвал черное пламя на ладони. Он вытянул руку, направив пламя к двери, как лассо, которое зацепилось за якорь. Несмотря на сопротивление, оно распахнуло дверь со скрипом петель, и Зевандер поднял зеркало, направляясь к отверстию.Он опустил зеркало в камеру Бранимира, повернув его мимо горящего подсвечника — к двум фигурам, сидящим у дальней стены. И звук, донесшийся снизу, пронзил его сердце. Песня, которую он помнил из каких-то далеких воспоминаний, которые он не мог определить. Ангельский голос, который трогал его душу. Самый красивый звук, который он когда-либо слышал.В отражении зеркала Бранимир лежал на коленях у Маэвит, а она нежно гладила его по лицу. Впервые за столетия его брат выглядел совершенно умиротворенным. Вид их вместе вызвал в нем глубокую печаль и еще что-то. Ревность? Он не мог определить свои эмоции. Бранимир всегда вызывал у него только жалость.
Его брат запрокинул голову назад и, увидев зеркало, испустил шипение и отступил от девушки.
- Нет, постой! - Маэвит протянула к нему руку, когда он отступил в тень.
Отложив зеркало, Зевандер спустился по лестнице, и когда она повернулась к нему, он щелкнул пальцами. - Иди.
- Нет, — сказала она, и проклятая ее упрямая натура и вызов в ее голосе, который заставил его кровь закипеть. - Почему он заперт здесь?
- Это его выбор.
- Ты лжешь.
- Нет, — прохрипел Бранимир. - Это правда. Иди с ним.
Смущенная, она перевела взгляд с одного брата на другого. - Пойдем со мной. Тебе не нужно запираться здесь.
- МАЭВИТ, — предупредил Зевандер. - Иди. Сейчас же.
Когда она не подчинилась его приказу, Зевандер послал в нее поток энергии, который поднял ее с земли.
Бранимир зарычал из угла, где он притаился.
- Останься, — прорычал Зевандер в ответ. — Или я пошлю тысячу ядовитых ударов в твое сердце. - Как только слова сорвались с его губ, он пожалел о них. Давно он не угрожал брату таким образом.
Он осторожно поставил Маэвит на ноги и призвал ее подойти к нему.
Она бросила взгляд на Бранимира, а затем направилась к лестнице, не удостоив Зевандера ни одного взгляда, пока поднималась по ней.
Вздохнув, Зевандер последовал за ней и, выйдя из камеры, закрыл дверь, закрепив цепь. - Ты будешь спать в одной из комнат в башне.
- Кто он?
— Наш брат, — ответила за него Рикайя. — Бранимир.
— Почему ты... Почему ты запер его там? Это... жестоко.
— Ты не знаешь его и не знаешь, на что он способен, — резко ответила Рикайя.
- Рикайя, может, ты дашь нам минутку и уберешь разбитый фарфор? - Голос Зевандera оставался спокойным, несмотря на ярость и адреналин, бурлящие в нем. И тогда ему пришло в голову, что в его венах пульсирует еще что-то, хотя он не мог точно определить, что именно вызывало в нем такое беспокойство. Это было не просто ревность. Что-то более глубокое. Более мрачное.
Обладательное.
Вид Бранимира, лежащего у нее на коленях, запутал его мысли в раздражающей смеси гнева и обиды.
- Хорошо. Я говорила тебе, что это плохая идея — приводить ее сюда. - Рикайя развернулась и побежала по коридору к разбитому умывальнику, лежащему перед камерой Маэвит.
Долион последовал за ней, оставив Зевандера и Маэвит стоять у запертой двери.
- Что с ним случилось? - спросила она.
Зевандер повесил зеркало обратно на крючок. - На нас лежит одно и то же проклятие. - Он увидел свое отражение в зеркале и понял, что в спешке, направляясь в подземелье, не потрудился закрыть лицо.
- Но ты… ты не похож на него.
- Бранимир прошел ритуал, когда был намного старше. Я был младенцем и не испытал столько побочных эффектов.