Время.
Просто время.
Это все, что нам необходимо.
Полиция скоро прибудет. Вероятно, они уже на полпути.
Нам просто нужно время.
Я вошла в холл с колотящимся сердцем и прошла через дверь в большую комнату. Притаившись в тени, замерла.
Луна, отражаясь от снега, освещала пространство.
На полу лежали коробки, из которых торчали головки и грифы гитар.
Н а полпути от музыкальной комнаты до входной двери неподвижно лежал человек.
В дверях комнаты, где пока была выставлена лишь половина коллекции отца, стоял мой чертов кузен Руди.
И он нацелил пистолет на Дика, который стоял недалеко от лежащего человека.
Д аже при свете луны я увидела красное пятно крови, портившее правую верхнюю часть его белой футболки.
— Мужик, ложись на живот , — приказал Руди, его голос был тонким, напряженным, слабым.
То же самое можно было сказать и о его теле.
Он был изможден.
Измучен.
Лишь половина от него самого , доведенного до такого состояния наркоманией.
Мысли быстро пронеслись в моей голове.
Когда я видела его в последний раз, он не выглядел так плохо, но по его глазам я поняла , что он ушел. Потерялся в том мире. Потерялся в своей зависимости.
Когда я разговаривала с ним в последний раз, а точнее, последние четыре раза, все по телефону, он просил у меня денег, в конце концов, умолял о них.
Когда в последний раз его имя произносила тетя Тэмми, в ее глазах была такая печаль, как будто он уже умер.
Мой двоюродный брат Руди.
Приехал, чтобы украсть. Украсть у меня. Забрать наследие Лоунсомов , чтобы он мог его выкурить, вколоть, сделать все, что угодно, чтобы удовлетворить свою потребность.
Приехал, чтобы украсть.
Украсть у меня моего отца.
— Как я уже сказал, я не позволю тебе забрать у Джасси, приятель , — ответил Д ик.
И тогда я поняла. П оняла , почему Д ик зашел в мой дом , а не отвел нас обратно в мащину. Не уехал и не позвонил в полицию.
Он понял, что они хотят забрать у меня отца.
Поэтому оттолкнул меня в безопасное место и вошел внутрь.
Боже.
Д ик.
— Просто ложись на живот, блядь! — вдруг закричал Руди.
Я засунула пистолет под куртку и за пояс джинсов.
— Руди , — тихо позвала, поднимаясь с колен и осторожно входя в комнату.
Внимание Руди и ствол его пистолета повернулись ко мне.
Когда на меня направили пистолет, по моему телу пробежала волна адреналина, и это не было приятно.
— Джасси , — прошептал он.
— Джастис, иди в безопасную комнату , — прорычал Д ик. — Сейчас же.
Руди снова направил пистолет на Д ика, потому что тот начал двигаться ко мне.
Когда пистолет был направлен на Д ика, я почувствовала себя еще хуже.
Мой мужчина остановился.
— Руди , — снова позвала я, желая привлечь его внимание.
Он был разбит, измучен жизнью, которую ему не суждено было прожить. Унижен, не осознав, что пришло время отказаться от старой мечты и попробовать новую.
Но он никогда бы не причинил мне вреда.
Украсть у меня, вероятно.
Но мы были Лоунсомами.
Мы понимали друг друга.
Мы были семьей.
Он бы ни за что не причинил мне вреда.
— Джасси, черт возьми , — прорычал Д ик.
— Как ты вошел, дорогой? — спросила я Руди.
— Несложно, Джас, код был днем рождения твоего отца , — ответил он.
— Я закодировала его по-европейски , — сказала я, будто он этого не знал, хотя явно догадался.
— Да, мы это поняли. Четвертый раз оказался удачным.
— Джастис , — перебил его Д ик.
— Опусти пистолет, Руди , — приказала я.
— Тебе нужно заставить этого парня отступить, Джас , — ответил он, указывая на Д ика с пистолетом.
— Пожалуйста, Руди , — я начала осторожно продвигаться вперед.
— Джастис. — Это был приглушенный рык Д ика, приказ, которому нельзя было не подчиниться.
Но Д ик истекал кровью.
А передо мной двоюродный брат.
Я продвинулась вперед еще немного.
— Бл*дь , — прошипел Д ик.
— Мы все обсудим, если тебе что -то нужно, мы это обсудим, посмотрим, как я могу тебе помочь , — соврала я. Ни за что не стану обсуждать с ним эту херню. Он опустился так низко, как и М ав, и должен был понести за это ответственность. В тюрьме он мог бы исправиться. — Но сначала ты должен опустить пистолет.
Руби направил оружие на меня.
— Не двигайся, Джас.
Я остановилась , но он тут же снова направил пистолет на Д ика.
— Ты тоже не шевелись, мудак.
Д ик поднял обе руки в успокаивающем жесте.
— Я его, блядь, подстрелил, а он все равно бросился на меня как маньяк и убил моего парня , — прорычал Руди, глядя на Д ика, но рассказывая эту историю мне.
Я не сомневалась, что Дик так и поступил.
Но думала я не об этом.
Я видела , как дрожит рука Руди, и это не к добру.