Я понимаю, о чём он. Когда драконы охраняли порталы, их присутствие ощущалось повсюду. А теперь почти ничего не чувствуется. Не знаю, как это исправить, поэтому лишь поворачиваюсь к нему и слабо улыбаюсь.
— Тебе стоит остаться с ней. Я справлюсь сама, — говорю я.
— Что ты собираешься делать? — спрашивает он.
Я прикусываю нижнюю губу.
— Не знаю. Но почему-то чувствую себя ответственной. Король ведь оказался на свободе из-за меня.
Серен не говорит, что я несу чушь. Наверное, я этого заслужила.
— Я должна проследить, чтобы он не перебил всех.
— А ты не думала, что, возможно, все заслуживают смерти? — спрашивает он.
— Нет. Как не заслуживал её Митчелл, — отвечаю я. — Скажи, что, по-твоему, случится теперь, когда порталы открыты? — Он прожил достаточно долго, чтобы разбираться в этом лучше меня.
— Думаю, победят сильнейшие, а слабые погибнут.
— Люди, — выдыхаю я.
— Они станут самой лёгкой первой мишенью. Какой мир нападёт на них? Я бы поставил на вампиров. Если они уже этого не сделали, — говорит он. — А вот ведьмы… — Он качает головой. — Когда-то они были посредниками между мирами, но теперь, судя по тому, что я видел, жаждут власти.
Меня передёргивает при мысли, что они могут получить ещё больше власти.
— Значит, они сами превратились в то, чего боятся.
— Да.
— Что ты знаешь о близнецах? — спрашиваю я. Он неловко переминается, затем расправляет плечи и смотрит на меня.
— Жажда власти Джессики была одной из первых черт, которые меня в ней привлекли. Она знала, что мы пара, и понимала, как этим воспользоваться, ведь связь у волков сильнее, чем у ведьм. — Он качает головой. — Многие меня предупреждали, но наедине со мной она становилась совсем другой. Не тем злобным чудовищем, каким показывала себя всему миру. Я не понимал, что именно со мной она притворяется. Она знала, что мне нравится её мягкая сторона, и использовала это, чтобы мной манипулировать.
Он опускает взгляд.
— Так она и заманила меня в его мир. На самом деле она никогда меня не любила, — продолжает, и в его голосе столько стыда, что его почти можно ощутить. — Ей нужна была только власть. А у кого её больше, чем у единственного существа, способного поглощать силу прямо из других?
— А связь между вами… она всё ещё существует? — спрашиваю я.
Он кивает.
— Связь пары остаётся на всю жизнь. Разорвать её может только смерть. Нет магии, способной её уничтожить. Поверь, многие пытались.
— А если она умрёт, что будет с тобой? — спрашиваю я.
— Мне будет невыносимо больно, — отвечает он. — Но я выживу. Я переживал и худшее.
— Ладно. Пойдём остановим короля, пока он не уничтожил мир.

Портал открывается, и я стараюсь пройти первой. Оказываюсь в пустом зале. Ройала нигде не видно, как и вампиров. При мысли, что все они могут сейчас находиться в мире людей и убивать невинных, меня пробирает холодная дрожь.
Серен подходит ко мне, и мы начинаем искать хоть какие-то признаки жизни. Здесь так тихо, что, кажется, даже упавший лист бумаги отозвался бы эхом по всем коридорам.
— Где все? — спрашиваю я.
— Ушли. Я никого не слышу.
Мы подходим к двери. Помедлив, я распахиваю её и вижу улицу. Мир вампиров погружён в непроглядную тьму, резко отличаясь от остальных миров, даже от Проклятого королевства. Единственный свет исходит из домов по обе стороны узкой улицы.
— Что-то здесь не так, — говорит Серен.
— Слишком тихо.
— Должно быть, они знали, что Проклятый король придёт.
Я не спорю: скорее всего, он прав. Джессика наверняка предупредила сестру. Мне кажется, Эбигейл все эти годы пыталась добраться до Джессики, и теперь, когда они наконец вместе, сделает всё, чтобы защитить её.
— Какая из сестёр сильнее? — спрашиваю я.
— Эбигейл, — уверенно отвечает он. — Проклятого Короля раздражало, что ему досталась более слабая сестра, ведь он только и хотел, что вырваться на свободу и отомстить.
Я поворачиваюсь к нему, широко раскрыв глаза.
— Он ведь не отправился за близнецами? — Едва я успеваю произнести эти слова, раздаётся рёв. Мы оборачиваемся, и моё сердце ускоряет бег: по улице прямо к нам несутся порождения кошмаров. Несколько чудовищ, скрытых во тьме.
— Чёрт, — бросает Серен и мгновенно обращается волком. Я потрясённо смотрю на приближающихся тварей и вдруг понимаю, что одна из них похожа на чудовище, о котором мне рассказывали. На то, что было заперто в мире Ройала. Из уголков их пастей торчат щупальца, глаза горят зелёным, а тела покрыты чем-то похожим на древесную кору. Как же их называют? Канканы? Нет, карканы.
Неужели Ройал привёл их сюда? Нет, не может быть.
Серен рычит рядом, пока одно чудовище за другим с рёвом несётся на нас.