Пыль спустилась с небес и снесла огромное количество домов и деревьев, повредила автомобили. Люди, не успевшие спрятаться в укрытиях, погибли от физического воздействия стихии. Другие же — стали жертвами страшной мутации в организме, которая изменила их тела и вызывала психические отклонения, сделавшие их агрессивными.
Их зовут зараженными.
Также были счастливчики, которые вдыхали Пыль, но не заразились. Позже выяснилось, что некоторые люди обладают иммунитетом, который спас их в первую волну катастрофы. Сейчас, спустя почти полвека после падения Старого мира, Пыль от зараженных опасна для всех людей без исключения. Та Пыль, что еще осталась на некоторых территориях в воздухе или воде, — безвредна. Она практически сразу потеряла свои поражающие свойства.
Сейчас риск несла лишь Пыль, которая модифицировалась в живом организме и попадала в кровь, слюну или легкие человека, если дело касалось зараженных Пыльников, источавших Пыль даже при повреждении их хрупкой кожи. Их эволюционировавшие версии — Люминофоры — обычно заражали людей через укусы или травмы кожи острыми когтями.
Оторвавшись от рисунка человека с красными глазами в окружении алого облака, я спросила:
— В городе иногда встречаются Теневые бойцы, что мешает тебе подойти к ним и поговорить напрямую, зачем пытаться вызывать кого-то?
— Потому что так нельзя! — вскинулась Скарлетт. — Никто не разговаривает с Тенями!
Она была права.
Если на Мрачных бойцов люди смотрели с любопытством и уважением, иногда граничащими с нездоровым благоговением, то при виде Теневых — опускали глаза. Их давящая энергетика прижимала к земле, хотя никаких магических способностей у них, конечно же, не было. По крайней мере, я в это точно не верила.
Про Теней ходили жуткие слухи об их нечеловеческих способностях. Говорили, что они быстрее обычных людей, значительно сильнее, могут «видеть» затылком, что бы это ни значило, и даже могут быть абсолютно незаметными, если им это необходимо.
Сказками про могущественных Теней пугали непослушных детей, которые не хотели вовремя ложиться спать. Легенды о них я узнала уже в школе, когда познакомилась со Скарлетт, потому что мне дома никто ничего про Теней не рассказывал — ни хорошего, ни плохого.
При этом я ни разу не видела, чтобы Теневые делали что-то ужасное. Обычно они выглядели так, будто им было плевать на людей. Их глаза всегда смотрели сквозь, словно не считая нас сколько-нибудь интересными или значимыми. И при этом одно оставалось неизменным: всех, кто встречался с Тенью, объединяло общее чувство — страх. Он нависал лезвием гильотины над шеей каждого, кто осмеливался задержать свой взгляд на безупречной черной форме.
Почесав бровь, я продолжила:
— Если с Тенями нельзя разговаривать, то как ты собираешься…
— Если мы вернем Теневому бойцу утерянный медальон, это будет хорошей причиной наладить контакт. Думаю, он пойдет навстречу.
— С чего ты взяла, что это будет «он»?
— Ну, или она. Неважно, — отмахнулась Скарлетт.
Я посмотрела на Ру.
— И ты, что же, хочешь в этом участвовать?
— Ну… — замялась она и пожала плечами.
Если Скарлетт уговорила на сомнительную авантюру даже тихоню Ру, то что оставалось мне?
Я тяжело вздохнула и покосилась на стену рядом с собой, водя большим пальцем по гравировке глаза на медальоне. На пожелтевших альбомных листах красовались девушки в стильных платьях, рядом висели электрические гирлянды со звездами и сердечками. Это была стена Ру.
Будучи самой младшей в многодетной семье, она мечтала создавать роскошные наряды для модниц Ластхевена — самого прогрессивного города на Континенте — и тем самым зарабатывать деньги, чтобы помогать родителям содержать семью.
Моих рисунков в убежище не было, ведь никто, ни одна живая душа не должна увидеть, что хранят в себе мои скетчбуки… Коробка со стопкой постыдных изображений была надежно спрятана под кроватью. Надин однажды заметила пару рисунков в моей комнате, которые я не успела убрать, и я думала — умру от позора.
Если это повторится, я не переживу!
Нас прервал глухой стук.
Вздрогнув, мы с девочками посмотрели друг на друга, а я чуть не выронила медальон.
— Наверное, это Дэнни! — взбудораженно прошептала Ру.
Забрав серебряную монетку из моих рук, Скарлетт повисла на наших плечах, после чего приоткрыла доску на дюйм и прислонила лицо к щели.
— Кто?
— Я.
— Кто «я»? — строгим голосом уточнила Скарлетт.
Послышалась возня, Дэнни, шурша одеждой, присел на корточки и наклонился к отверстию.
В сарай прорвался его насмешливый шепот:
— Скарлетт, брось!
— Назовись! — еще более непререкаемым тоном рявкнула она.
— Ох, боже, — Дэнни прочистил горло и серьезно произнес: — Дэниел Томс.
Только после этого Скарлетт перелезла через нас, больно задев меня ботинком.
— Черт, осторожней!
— Лиа! — Ру посмотрела с упреком.
— Прости!