Вот я уже и любимая ученица, думаю я, стараясь сохранять спокойное выражение лица и не выдать себя фырканьем или там глаза не закатить. Какая к черту любимая ученица, я даже вещи собрать не успела, как в Павильоне Хризантем уже Четвертая появилась, и она мне активно не нравится, слишком худая, слишком злобная, слишком неуклюжая. Хотя, казалось бы – мне какая разница? Сами ее взяли, вот пусть сами и мучаются…
- … это родовая реликвия моей семьи и она должна быть в семье! – повышает голос Такэда. Повышает чуть, но Соно-химэ – вздрагивает. И по тому, как она съеживается – мне многое становится про нее ясно. «При звуках флейты теряет волю», да? Кажется, я знаю почему Соно-химэ такая безотказная и не может сказать «нет», даже если к ней в спальню кто-то случайно залез. Прикусываю губу, начиная сердится на этого непонятливого Такэда, выкинуть бы его отсюда, голос он будет повышать, мою химэ пугать… но мне и делать ничего не надо. Тут же Мамочка, вот кто кого угодно на место поставит.
- Сколько лет эта реликвия не была в вашей семье, уважаемый Такэда-доно? – с ледяной вежливостью уточняет Мамочка и Господин Такэда – затыкается. Пучит глаза, багровеет, но сказать ему нечего, действительно позавчера он и знать не знал, что пояс у Тайра хранится и ничего – кушал и спал спокойно. Никаких «полцарства за него» не было. И вообще, вон иди к Госпоже Кагуя свои претензии выкатывай, но нет, никто не станет к Госпоже Кагуя ничего выкатывать, потому что Госпожа Кагуя хоть и сплетница первостепенная, но за ней – флот Тайра, а в этом мире разделение на военный и торговый флот еще даже толком и нету. И если у тебя есть флот, то есть и морская пехота на кораблях, а эти ребята ничем северным воинам Минамото не уступают, а в бою на воде и вовсе превосходят. Против Тайра и Минамото даже Фудзивара хвост не поднимают, куда там каким-то Такэда…
- Я все равно его верну. – собеседник прищуривает глаза. – Этот пояс должен вернуться в семью. Раньше считалось что он утерян, что его положили в чью-то гробницу, но сейчас… - он качает головой. – Иначе предки меня проклянут. Пожалуйста назначьте цену, и я …
- Нет. Это невозможно. – за нас всех отвечает Мамочка, убирая свой веер в сторону, чтобы Такэда увидел ее лицо. – Этот пояс нельзя продать или передарить.
- В таком случае… - Господин Такэда темнеет лицом. – Я вас покину. – он встает из-за стола, и я понимаю, что он – не сдался. Вот теперь нужно будет ходить, оглядываясь и в город ни ногой. Здесь еще нет культуры убийц по найму, но уж разбойников нанять или разыграть – с него станется.
- Ара-ара… - тягучий голос Мамочки Фудзино останавливает Такэду на полпути. – Какая же нетерпеливая нынче пошла молодежь. Я сказала, что этот пояс нельзя передарить или продать и это действительно так. Однако… он может вернуться в род Такэда и иным способом.
- Иным способом? – Такэда замирает и поворачивается обратно. – Как именно?
- Уж совершенно точно не тем, что вы только что себе придумали, Такэда-доно. Пояс должен остаться у моей ученицы, к сожалению, это не обсуждается. – мягко говорит Мамочка и этот Такэда слегка меняется в лице. Так и есть, думаю я, судя по всему, он только что представлял как меня в переулке тихонечко придушили… хотя чего это я наговариваю. Тут таких специалистов и нет пока, нет нужды работать тонко, по голове дадут и все дела.
- Но если пояс будет принадлежать вашей ученице...
- В конце концов она сама может войти в ваш род… насколько я помню у вас всего одна жена, господин Такэда?
- Чего?!