Память и логика не дают мне покоя. Иоланта неоднократно говорила мне, что Марек - идиот. Вдобавок она сказала, что он работал меньше всех из всей команды. Как он мог быть самым компетентным? Я не знал объяснения, но предпочел не задумываться и не спрашивать об этом. Я просто сказал, что понимаю.
После ужина мы вместе посмотрели фильм ужасов. Нам обоим нравились ужастики. Пока я держал Иоланту в объятиях и смотрел в телевизор, я задумался, насколько хорошо я знаю свою партнершу. Я знаю, какой у нее любимый цвет, какие любимые цветы и какие фильмы ей нравится смотреть. Я знаю, какую музыку она слушает и какие книги читает. Но знание интереса - то же самое, что знание человека? Дает ли факт, что я знаю, что ей понравится последняя книга Грэма Мастертона, право сказать, что я знаю ее досконально? Знаю ли я, как она поведет себя в разных ситуациях? Чем дольше я об этом думал, тем больше сомнений у меня было. Вместо этого я точно знал, что вернусь в магазин Мадам Лисецкой.
Не знаю, когда я заснул.
* * *
Мы сидели за столом в Рождественскую ночь. Я, Иоланта, мои родители, моя сестра и ее парень. Все ели праздничные блюда, которые заполняли стол. Смех наполнял комнату, и члены семьи наслаждались беседой. У окна стояла большая рождественская елка, а рядом с ней лежала куча подарков. Радостная атмосфера праздников охватила всех. Я огляделся и почувствовал счастье видеть их в таком состоянии. Не было много возможностей собраться вместе, тем более что до сих пор я жил за пределами Польши. Так что я не был в стране на Рождество несколько лет. Я верил, что каждый Рождественский вечер будет выглядеть именно так.
Внезапно из-за рождественской елки появились три красивые девушки - дочери Mадам Лисецкой, одетые в те же шапочки Санта-Клауса и свитера до бедер, как раньше в тот день. Но на этот раз на них не было легинсов. Только красные гольфы. Как будто это было что-то обычное, никто из моих близких не удивился их присутствию. Я был единственным, кто был шокирован. Девушки потянулись к подаркам и вручили их предполагаемым получателям. Все приняли свои подарки с улыбкой и начали разворачивать. Даже Иоланта взяла свой и, блаженно улыбаясь, разорвала красную бумагу. Я был ошеломлен. Я не понимал, что происходит.
Затем одна из Санта-Клаусеток подошла ко мне и протянула руку. Я не знал, что делать. Я посмотрел на Иоланту, ожидая подсказки. Она просто кивнула головой как знак, чтобы я взял руку молодой Лисецкой. Она подняла меня на ноги и, будто в трансе, я позволил ей вести меня. Мы прошли в спальню, за нами вошли другие дочери Лисецкой и Иоланта. Девушки сняли свои рождественские свитера, чтобы показать, что под ними ничего нет.
Иоланта прислонилась к стене у двери и наблюдала за нами.
- Я действительно знаю, чего ты хочешь, - сказала она, подмигивая мне. - Вот мой подарок тебе.
Тем временем три ангела подкрались ко мне и начали раздевать меня. Я был возбужден, но у меня были некоторые опасения. Что она имела в виду под "подарком" и знанием того, чего я хочу? Хочет ли Иоланта, чтобы я занялся с ними сексом? Это не имело смысла. Я посмотрел на свою женщину. Она больше не была одна, а стояла с Мареком, и они целовались. Возбуждение покинуло меня, уступив место гневу.
Я проснулся от странного сна, злой и в то же время возбужденный.
* * *
На этот раз я не сделал ошибки, поехав в магазин Мадам на машине. Я сказал Иоланте, что меня не будет весь день. Я соврал, что буду помогать другу с небольшим ремонтом. Было на редкость холодно, и я отправился в путь пешком, ведомый надеждой потребить больше шампанского. Я не знаю, что было в этом алкоголе, но он завладел моими мыслями. Снова я оказался единственным посетителем, что чрезвычайно меня порадовало. Я не хотел, чтобы владелица магазина уделяла внимание кому-то еще. Наверное, я ревновал.
Снова, когда Мадам вышла поприветствовать меня, на ней было только белое. Длинное платье с глубоким вырезом и шляпка. Ее дочери следовали за ней. Они показались мне еще привлекательнее, чем раньше. Вероятно, такое восприятие было вызвано эротическим сном, который я видел о них. Я вспомнил, что Иоланта сказала, что ей приснилось, будто она целует Марека. Смотрела ли она на своего коллегу по работе по-другому после того сна? Я не хотел об этом думать.