— В школе для девочек? — Мои глаза расширились. — Но здесь, в Северных землях, девочки не ходят в школу. Мы обучаемся на дому.
— Я знаю, но это девочки с Родины. Их восемь человек и два мальчика.
— Десять детей с Родины?
— Угу.
Я моргнула, пытаясь осмыслить всю эту новую информацию.
— Я не могу в это поверить.
— Я знаю, это безумие, сколько всего произошло, и теперь, когда граница закрыта, у нас есть шанс завоевать мир. Пришло гребаное время мужчинам вернуть себе власть.
Его слова расстроили меня.
— Вы бы напали на соседнюю страну, которая уже страдает?
Магни посмотрел на меня с презрением.
— Что может быть лучше для удара, чем когда твой враг слаб? Это гребаное чудо, что мы не сильно пострадали от землетрясения. Я воспринимаю это как знак того, что какая-то высшая сила на нашей стороне.
— Люди на Родине нам не враги. Они мирные люди.
— Которые правят миром и держат нас здесь в изоляции, — жестким голосом заметил Магни.
— Я думала, тебе нравятся Северные земли, — заметила я.
— Конечно, но я хотел бы побольше повидать мир. А ты нет? — Его смех был пустым. — О, чуть не забыл. Ты действительно повидала мир.
— Расскажи мне о Миле, — попросила я, чтобы сменить тему.
Взгляд Магни смягчился.
— Мила чиста и невинна. Она похожа на ангела, и у нее самые милые ямочки на щеках.
— Ух ты.
— Да, и знаешь, что самое удивительное?
— Что?
Он хлопнул себя ладонью по груди.
— Она попросила меня быть ее папой.
— Что ты имеешь в виду?
— Боулдер и Кристина удочерили одну из девочек с Родины, и поскольку мама Милы умерла, она попросила меня удочерить ее.
— Зачем?
Магни повернул голову и, нахмурившись, посмотрел на меня.
— Потому что, в отличие от тебя, она хочет, чтобы я защищал ее и заботился о ней.
Я с трудом сглотнула и посмотрела вниз.
— Жаль, что Совет Родины никогда не позволил бы мне удочерить Милу. Они вообще не очень любят мужчин, а после того, как я похитил Афину, они возненавидели меня.
— Но они позволили Боулдеру удочерить ребенка?
Магни пожал плечами.
— Только потому, что он женат на уроженке Родины, и потому, что мать девочки согласилась.
— Я понимаю.
Браслет Магни завибрировал, и он посмотрел вниз.
— Нам придется продолжить этот разговор позже. Хан хочет, чтобы я присоединился к нему на стратегическом совещании перед переговорами с Родиной.
— Какие переговоры?
Он встал и повернулся ко мне лицом. Было трудно оторвать взгляд от его великолепного тела.
— Хан полностью привержен интеграции наших стран, и он готов удержать наши войска от нападения на Родные земли.
— Это хорошо.
— Я не согласен. Но, как бы то ни было, Хан верит, что сможет заставить Совет дать нам то, что мы хотим, в обмен на то, что он отведет наших людей от границы. Мои войска патрулировали нашу сторону стены всю ночь.
— И чего же вы с Ханом хотите?
Магни направился в ванную.
— Конечно, мы хотим, чтобы мужчины вернулись к власти.
— Ты ведь не говоришь о мужчинах из Совета Родины, не так ли?
— Для начала. — Положив руку на дверь, он бросил на меня задумчивый взгляд. — У меня в голове длинный список, но сначала я приму душ. Ты хочешь присоединиться ко мне?
— Только если ты пообещаешь не причинять вреда никому из жителей Родины.
Магни приподнял бровь, и на его губах появился намек на редкую улыбку.
— Кто ты теперь? Защитник мамаш?
— У меня там друзья, и я не позволю тебе нападать на них.
— Как благородно с твоей стороны так заботиться обо мне, но ты забываешь, что я не подчиняюсь приказам женщин.
Я восприняла его слова как вызов. Встав с кровати, я придвинулась ближе с высоко поднятой головой, мои движения были женственными и грациозными. Моя уверенность подпитывалась тем, как его глаза бегали вверх и вниз по моему обнаженному телу, а кадык подпрыгивал у него на горле. Магни мог думать, что у него все под контролем, но он совершал отчаянные поступки, чтобы вернуть меня. У меня было гораздо больше власти, чем он хотел, чтобы я знала.
— Обещай мне, что ты никогда больше не похитишь невинную женщину.
— Обещай, что ты больше никогда не убежишь.
Я кивнула головой.
— Договорились. Если я когда-нибудь уйду, я сначала поговорю с тобой об этом.
— Хорошая девочка. И ты знаешь, каким будет мой ответ.
Я одарила его насмешливой улыбкой.
— Надеюсь, что-нибудь вроде: «Как равная мне, ты вольна принимать свои собственные решения. Я буду поддерживать тебя во всем, что бы ты ни делала».
— Хм… скорее, я поддержу тебя в том, чтобы ты была моей женой, которая делает то, что ей говорят. — Он сделал несколько шагов и включил воду.
Я пожала плечами.
— Очевидно, что нам еще предстоит проделать кое-какую работу.