Родион направился к Людмиле. Из своих источников знал, что девушка подалась в колледж, в котором с завтрашнего дня будет учиться Регина.

Люда только вышла за ворота колледжа, как сразу же узнала внедорожник Рахманова. Хозяин машины стоял рядом и пристально смотрел на девушку.

Людмила снова почувствовала себя неловко. Было в мужском взгляде что-то такое хищное, даже порочно-пугающее. Смотрит так самоуверенно, словно уверен в собственной неотразимости, привыкший, что по одному щелчку его пальцев приказы исполняются.

Рахманов и сам не понял, какого чёрта припёрся сюда, когда у него дел по самое горло. Но хотелось лично убедиться, что у девочки всё в порядке. Хотелось её увидеть. Теперь, когда он знает какое шикарное тело скрывается под бесформенными тряпками, которые она носит, Родион не отступится от желаемого.

Девушка эта Его.

Его собственность, даже если этого и не знает.

- Иди сюда, Люда, - он протянул ей свою ручищу.

Девушка настороженно смотрела на сильную мужскую руку с чётко выступающими тяжами жил и не шевелилась.

- Подойди, сказал!

- Чего ты хочешь?

- Странный вопрос. Тебе в подробностях рассказать? Или показать?

Людмила покраснела, развеселив мужчину.

- За тобой приехал, - он сам подошёл к ней, схватил за локоть и подвёл к машине. Открыл дверцу, но усаживать в салон женщину не спешил. Обвил руками её тонкую талию и завис на красивом лице. Взгляд сместился к пухлым губам, вкус которых он помнит. Никогда больше не забудет. Невозможно. Ничего вкуснее никогда не пробовал.

Людмила облизнула губы, настороженно смотря на мужчину.

- Здесь же дети ходят, отпусти! – Она отвернулась, остро чувствуя запах дорого мужского парфюма и чего-то ещё терпкого, по-настоящему мужского, присущего лишь ему одному.

- И что? – ухмыльнулся, - я ничего неприличного не делаю. Ещё даже не поцеловал тебя. Не нагибаю и не деру прямо на виду у всех, хотя не скрою, хочется. Только драть я буду тебя там, где нас никто не увидит.

Людмила не удивилась такому ответу. Мужчина дерзок, нахален, властный и беспринципный. Он пугает её.

Девушка прогнулась в пояснице, выгибаясь, стремясь удалить своё лицо как можно дальше от его лица, только сделала лишь хуже. Он склонился к ней очень близко. Если она попытается встать ровно, то непременно соприкоснётся с его губами своими.

Люда в который раз отметила, какой мощный этот мужчина.

Его руки с силой сжали её фигурку. Казалось, что стоит Рахманову сдавить её и раздавит. Но Родион не причинял боли, чётко рассчитывая силу.

Светлые глаза девушки расширились, когда губы мужчины едва ли не соприкоснулись с её губами. Он слышал, как загромыхало сердце в её груди.

Рахманов нахмурился. Её страх перед ним уже стал раздражать.

Мужчина прикоснулся губами в бешено бьющейся синей жилке на её шее.

Девушка попыталась рвануться прочь. Только кто же её отпустит. Родион держал крепко.

Людмила едва проглотила ком в горле, обжигая частым жарким дыханием мужскую щёку.

Родион дурел от этой девчонки. Они стоят перед учебным заведением, а он залип на ней и не может оторваться. Вдыхает её запах и кайфует. Чистая и сладкая девочка. Хочет её так сильно, что в штанах снова начался пожар. Член упёрся в ширинку и непонятно как в таком состоянии он сядет за руль.

Хотелось швырнуть девчонку на заднее сиденье авто и дать полную волю всем своим желаниям. Взять её. Присвоить.

Но ведь после она будет чувствовать себя жертвой, а его возненавидит. Не хочет Рахманов видеть ненависть в этих красивых голубых глазках.

Как избавиться от невероятной тяги к девчонке?

Этой ночью пытался забыться с одной из шлюх, которую ему привёз Ринат. Только не помогло. Трахал одну девку, а мыслями был с другой. Патология, не иначе. Никогда такого не было. Чем бы не занимался: шлюхами, делами или решением личных вопросов, все мысли то и дело плавно стекались к одному: к Людмиле.

Родиона подбешивало это неприятное чувство зависимости от девчонки. Но побороть его не помог. Ему просто надо затащить её в постель и нещадно поиметь во всех плоскостях, каких только пожелает. Не сомневался, что вытрахает таким образом всю ту дурь, которая бьёт ему в голову сейчас.

Сделав над собой волевое усилие, Родион отпустил девушку.

- Садись в машинку, милая.

Людмила подчинилась. Вряд ли она могла бы перечить ему. Бесполезно. Хорошо, что отпустил. Невыносимо пребывать в его объятиях. Волнительно и страшно одновременно.

- Куда мы поедем?

- Узнаешь. Тебе понравится, - ответил и послал ей хитрую улыбку.

Людмила не знала, что он там себе придумал. Неважно что. Главное, чтобы руки не распускал.

- Устроилась на работу? – Родион вёл машину медленно, периодически отвлекаясь от дороги и посматривая на напряжённое личико девушки.

- Да, - последовал краткий ответ.

- И как?