Активировать ингредиенты мог маг лекарской или алхимической специализации. Сразу стало кисло. Значит раздобыть зелье вот прямо сегодня точно не судьба.

Ладно, значит позже. Либо всё-таки придётся покраснеть и попросить у Филинии – с формулировкой «на всякий случай». Ведь все мы взрослые люди и понимаем, что в жизни всякое бывает.

Тут я запнулась. Стоп. А ведь в моём чемодане тоже кое-что есть!

Случаи действительно бывают разные, и пусть я не собиралась пускаться в Англии во все тяжкие, но одна из моих более опытных подруг заявила: «Маргарита, нельзя быть такой безответственной! Вдруг поплывёшь от какого-нибудь обалденного парня, а все аптеки окажутся закрыты?»

«Так поплыву или захочу переспать?» – порозовев, парировала тогда я.

Вроде умно ответила, но подруга закатила глаза, назвала наивной и лично закинула в кармана чемодана несколько блестящих фольгой квадратиков. Я выкладывать квадратики всё-таки не стала, а значит… нужно просто добраться до чемодана, проверить состояние контрацептивов и, если всё в порядке, применить.

А ещё мне нужно взглянуть на ноутбук и планшет, которые, в отличие от одежды, до сих пор находятся в замке Сонторов. Значит завтра вечером, когда пойду за кормом для Фиалки, передам бабушке записку с просьбой доставить всё в особняк, а в выходной…

Здесь я снова запнулась, а потом и скривилась. Если Георг не будет гадом, то в выходной мы с парнями отправимся пробовать на себе разломы. Следовательно, в особняк бабушки я в ближайшие дни не попаду. Эх!

 

Только всё сложилось вообще не так.

Утром следующего дня, на первой же перемене, нас с МикВоем выловил Псих и, наклонившись ко мне, вопросил грозно:

– Ты зачем разболтала Георгу?

Я потупилась, приготовилась оправдываться, но парень неожиданно хлопнул по плечу и рассмеялся:

– Расслабься, Маргаритка! Я не сержусь, а совсем наоборот.

Я удивилась, а Псих добил:

– К разломам идём завтра!

– К каким ещё разломам? – не понял Ботаник. Он действительно не знал.

– К обычным, – ответил Псих. – К тем, возле которых, есть шанс настроиться на межмировую телепортацию.

МикВой изумился ещё больше, но его глухое «зачем» было перебито моим недоумённым:

– Как завтра? Завтра же учебный день. Кто нас отпустит?

– Уже отпустили. – Псих прямо-таки лучился оптимизмом. – Сам ректор.

Я мысленно застонала, отлично понимая, что радости ректор при этом не испытывал. Калтум вообще ненавидит, когда нарушают правила, а это было явное нарушение. Следовательно, решение он принимал не добровольно, а под давлением.

Главный вопрос: а зачем Георг на него надавил?

– Зачем Георг надавил на Калтума? Чем его величество не устраивал выходной?

– Твоя бабушка, – прозвучали новые неожиданные слова. – Она требует встречи с тобой и, кажется, все мозги Георгу проела.

Я не могла не улыбнуться – какая прелесть.

Приятно. Но новость о завтрашнем походе была всё-таки ошеломительной.

Более того, мы не успевали получить консультацию у самого сведущего в разломах портальщика – у моей мамы. Я лишь сегодня ночью поняла, что мама способна помочь. Хотела поговорить с Психом, а вечером отправить маме письмо.

Здесь и сейчас я об этом сказала.

У Ботаника лицо вытянулось, а Храфс отмахнулся:

– Не нужно никаких консультаций. В бумагах Юдиуса всё отлично описано.

Ну не нужно, так не нужно.

– При чём тут Юдиус? – вскинулся Ботаник. – А при чём леди Лилианна?

В эту секунду я осознала не самую приятную вещь.

Псих МикВою не сказал. Не только про путешествие к разлому – Храфс умолчал о главном! О нашем с мамой происхождении.

Почему? Видимо решил, что на приключение Джим и так согласен, а вот эту мою тайну лучше открывать самой.

В итоге я посмотрела на Джима жалобно. Потом махнула Психу, подхватила МикВоя под руку и потащила в аудиторию. И уже там даже не сказала, а написала в тетради и подсунула другу:

«Моя последняя тайна, Джим. Я родилась и выросла в другом мире».

Ботаник прочёл. В следующую секунду в аудиторию вошёл магистр Фамио, а Джим…

– Магистр, позвольте выйти на пару минут.

– То есть? – неприятно удивился преподаватель.

– Очень надо, – Джим покраснел. – Прям… – он шумно вздохнул и закончил: – Приспичило.

По аудитории побежали смешки, а Фамио от такой честности немного смутился.

– Хорошо, идите адепт.

Ботаник не вышел, а прямо-таки вылетел!

Дверь захлопнулась, лекция началась, а там, в коридоре, раздалось несколько непонятных звуков.

Неожиданно для самой себя я обратилась к артефактам:

«Слушайте, а среди вас случайно нет штуки, позволяющего видеть сквозь стены?»

Один из браслетов, ещё остававшихся на ноге, вдруг нагрелся, и стена между аудиторией и коридором действительно стала полупрозрачной.